Игра престолов. Битва королей

Ходор, покивав, сказал:

– Ходор. – Потом снова послышались шаги, и на свет вышла Оша с мрачным лицом.

– Что-то загораживает дверь. Не могу ее сдвинуть.

– Ходор может сдвинуть все что угодно, – сказал Бран. Оша окинула здоровенного конюха придирчивым взглядом.

– Может, и так. Пошли.

Лестница была узкая, и приходилось идти гуськом. Оша шла впереди, за ней Ходор с Браном, пригибавшим голову, чтобы не стукнуться о потолок. Мира несла факел, Жойен, ведущий Рикона за руку, замыкал шествие. Виток за витком они поднимались вверх, Брану казалось, что он чует дым, но, возможно, так пахло от факела.

Дверь крипты, сделанная из железного дерева, старая и тяжелая, сидела под углом к земле. Оша нажала на нее еще раз, но Бран видел, что дверь не двигается.

– Пусть Ходор попробует.

Пришлось сначала вынуть Брана из корзины, чтобы Ходор его не раздавил. Мира присела рядом с ним на ступенях, обнимая его за плечи, а Оша и Ходор поменялись местами.

– Открой дверь, Ходор, – сказал Бран.

Конюх уперся в дверь ладонями, нажал, проворчал «Ходор» и стукнул по ней кулаком.

– Навались спиной, – велел ему Бран, – упрись ногами.

Ходор нажал спиной – еще раз, еще и еще.

– Ходор! – Поставив одну ногу на верхнюю ступеньку, он попытался приподнять дверь. На этот раз дерево заскрипело. – Ходор! – Он встал наверх обеими ногами, расставил их, напрягся и выпрямился. Он побагровел, и Бран видел, как напряглись жилы у него на шее. – Ходор – Ходор – Ходор – Ходор – Ходор! – Что-то заскрежетало, дверь подалась вверх, и на лицо Брана упал дневной свет, ослепив его на мгновение. Еще один рывок сдвинул что-то вроде камня, и путь был открыт. Оша, просунув в щель копье, вышла следом. Рикон пролез у Миры между ногами и протиснулся за Ошей. Ходор открыл дверь во всю ширь и тоже вышел. Риды втащили Брана на последние несколько ступенек.

Небо было бледно-серым, и дым заволакивал все. Они стояли в тени Первой Твердыни – вернее, того, что от нее осталось. Одна ее стена рухнула, и по всему двору валялись разбитые камни и горгульи. «Они упали туда же, куда и я», – подумал Бран. Видя, на какие мелкие куски разбились некоторые из них, он подивился тому, что еще жив. Вороны клевали придавленный камнем труп, но он лежал лицом вниз, и Бран не видел, кто это."

"Первой Твердыней не пользовались уже много веков, но теперь она превратилась в настоящие руины. Все половицы и стропила в ней сгорели. За рухнувшей стеной открылись все комнаты и даже отхожее место. Но разрушенная башня позади стояла по-прежнему – пожар не сделал ее хуже, чем была. Жойен Рид закашлялся от дыма.

– Ведите меня домой! – потребовал Рикон. – Я хочу домой!

Ходор бродил кругами, жалобно ноя:

– Ходор. – Только они были живы среди этой смерти и разрушения.