Игра престолов. Битва королей

Однажды Арья так разозлилась, что выбросила монету, но потом раскаялась и снова отыскала ее, чтобы сохранить, если даже она ничего и не стоила.

Думая обо всем этом, она тащила свое ведро через Двор Расплавленного Камня.

– Нэн, – окликнул ее чей-то голос, – поставь ведро и помоги мне.

Элмар Фрей был не старше ее и мал для своих лет. Он катал по неровным камням бочонок с песком и весь раскраснелся. Вдвоем они пару раз прокатили бочонок через двор и поставили торчком. Песок зашуршал внутри. Элмар отковырнул крышку и достал кольчугу.

– Ну как, чистая? – Начищать кольчугу до блеска входило в его обязанности. Как оруженосца Русе Болтона.

– Стряхни песок. Да нет, ржавчина осталась еще кое-где, видишь? Давай-ка еще раз.

– Займись этим сама. – Элмар мог быть дружелюбным, когда нуждался в помощи, но никогда не упускал случая напомнить ей, что он оруженосец, а она всего лишь служанка. Он любил хвастаться тем, что он сын Лорда Переправы – не какой-нибудь там племянник, бастард или внук, а законный сын, и потому непременно женится на принцессе.

Арье не было дела до его принцессы, и она не любила, когда он ею командовал.

– Милорду нужна вода для омовения. Ему поставлены пиявки. Не черные, как обычно, а большие бледные.

Глаза у Элмара сделались как блюдца. Пиявки наводили на него ужас – особенно эти бледные, похожие на студень, пока не наполнялись кровью.

– И то сказать – ты слишком тоща, чтобы толкать такой тяжелый бочонок.

– А ты слишком глуп. – Арья взялась за ведро. – Тебе бы тоже не мешало пиявок поставить. На Перешейке они большие, как поросята. – И она оставила Элмара с его бочкой.

В опочивальне лорда было полно народу. Квиберн, мрачный Уолтон в кольчуге и поножах да дюжина Фреев – братья, сводные братья и кузены. Русе Болтон лежал на кровати голый. Пиявки сидели у него под мышками, в паху и на бледной груди – длинные, прозрачные, делающиеся розовыми по мере насыщения. Болтон обращал на них внимания не больше, чем на Арью.

– Мы не должны позволить лорду Тайвину запереть нас в Харренхолле, – говорил сир Эйенис Фрей, пока Арья выливала воду в таз для умывания. Седой сгорбленный великан с красными слезящимися глазами и огромными корявыми ручищами, сир Эйенис привел в Харренхолл полторы тысячи мечей от Фреев, но похоже было, что он даже своими братьями командовать не способен. – Замок так велик, что для его обороны потребуется целая армия, которую в случае осады нечем будет прокормить. Сделать большие запасы мы тоже не можем. Вся округа превратилась в пепел, по деревням рыщут волки, урожай сожжен или вывезен. На носу осень, а у нас ничего не запасено и ничего не посеяно. Мы живем фуражировкой, и если Ланнистеры положат ей конец, мы в течение одной луны перейдем на крыс и сапоги.