Игра престолов. Битва королей

 – Вот отменная работа, моя королева, – сказал он громко, подавая ей большое блюдо. – Видите, как оно блестит на солнце?

В ярко начищенной меди Дени увидела себя, а когда сир Джорах слегка отвел блюдо вправо – и то, что происходит позади.

– Я вижу темнокожего толстяка и другого – старого, с посохом. Который?"

"– Оба. Они преследуют нас с самой «Ртути».

Медь искажала отражение – один незнакомец казался длинным и тощим, как скелет, другой – необычайно широким.

– Превосходное блюдо, госпожа, – уверял торговец. – Яркое, как само солнце! Для Матери Драконов – всего тридцать монет.

Блюдо стоило не больше трех.

– Где моя стража? – воскликнула Дени. – Этот человек хочет ограбить меня! – Джораху она, понизив голос, сказала на общем языке: – Быть может, они не желают мне зла. Мужчины глазели на женщин испокон веков – возможно, все дело в этом.

Медник не обращал внимания на ее шепот.

– Тридцать? Разве я сказал тридцать? Экий я дуралей. Двадцать, конечно.

– Вся медь у тебя на лотке не стоит двадцати монет, – бросила Дени, изучая отражение. Старик с виду походил на вестероссца, а темнокожий, должно быть, весил не меньше двадцати стоунов. «Узурпатор обещал сделать лордом того, кто меня убьет, а эти двое заплыли далеко от дома. А может, их наняли колдуны, чтобы захватить меня врасплох?»

– Десять, кхалиси, – за твою красоту. Будешь в него смотреться. Только моя медь достойна отражать твое лицо.

– Да, оно может пригодиться – нечистоты выносить. Если ты его выбросишь, я, может, его и подберу, но платить за него? – Дени сунула блюдо обратно. – Видно, черви заползли тебе в нос и съели твои мозги.

– Восемь монет, – вскричал торговец. – Мои жены побьют меня и обзовут дураком, но в твоих руках я – беспомощное дитя. Ну же, восемь! Себе в убыток!

– На что мне тусклая медь, если у Ксаро Ксоана Даксоса я ем на золоте? – И Дени отвернулась, посмотрев при этом на незнакомцев. Темнокожий был почти столь же широк, как отражение в блюде, с блестящей лысиной и гладким лицом евнуха. За его потемневшим от пота желтым шелковым кушаком торчал длинный кривой аракх. Выше пояса он был гол, если не считать до нелепости маленькой безрукавки с железными заклепками. На мощных ручищах, широкой груди и объемистом животе виднелись старые шрамы, белые по сравнению с коричневой кожей.

На его спутнике был дорожный плащ из некрашеной шерсти с откинутым назад капюшоном. Длинные белые волосы падали на плечи, шелковистая белая борода скрывала нижнюю часть лица. Старик опирался на крепкий посох с себя ростом. Только дураки стали бы так пялить на нее глаза, если бы замышляли дурное. Однако благоразумнее все же было вернуться к Агго и Чхого.

– У старика меча нет, – заметила она Джораху на общем языке, увлекая его за собой.