Игра Подсказчика

Огляделась, по наитию открыла бардачок: Бериш, хороший полицейский, обязательно должен держать в автомобиле блокнот и ручку. Так и есть.

Мила пролистала тетрадку, нашла первый чистый листок и принялась составлять перечень.

Мы знаем, что имела место резня, но не знаем, куда подевались жертвы. Значит, какая-то часть истории нам неизвестна. Но какой смысл убийце прятать тела, когда кровь, пролитая на ферме, указывает на бойню? То есть либо убийца пытается скрыть от самого себя то, что он совершил, – ведь многие психопаты, совершив убийство, испытывают ужасное чувство вины, – либо убрать трупы для него необходимо, это решающий фактор. Поведение Энигмы заставляет склоняться в пользу второй гипотезы.

От крови жертв переходим к крови Энигмы, в которой обнаружены следы синтетического наркотика, галлюциногена.

На теле Энигмы и на запястье Карла Андерсона вытатуированы числа. Из этого можно сделать вывод, что они были знакомы.

Но какую роль играют вытатуированные цифры?

Энигма использовал их, чтобы указать нам географические координаты, которые, однако, нас привели в место, где ничего не было, кроме граффити, одного-единственного слова без всякого смысла.

Что оно значит? Это – сообщение или просто насмешка? Это слово Энигма произнес во время их краткой встречи в «Яме», ввергнув ее в глубокое смятение.

Тогда Мила записала:

Карл Андерсон боялся Энигмы, поэтому увез семью на ферму. Но если приглядеться, Андерсоны оказались недоступными для средств связи, но вполне достижимыми физически. Как и я, – вдруг поняла Мила, – когда переехала на озеро.

И это приводит к следующему спорному пункту.

Мила отказалась от сотового телефона и компьютера с Интернетом, чтобы пресечь всякие попытки вернуть ее к прошлому, свести на нет избранный ею путь. Но это не слишком помогло, поскольку Шаттон лично приехала к ней на озеро.

Энигма сделал то же самое. Он сам приехал к Андерсонам. Дрожь охватила Милу при одной мысли.

Наконец она записала:

Андерсоны отказались от технологий, Энигма окружил себя старыми компьютерами. Прослеживается некая симметрия, но отсутствует логика.

Мила отложила ручку и вгляделась в результат. Ничего нового, только обобщение смутных данных. Ею внезапно овладел бессильный гнев. Вырвав листок из блокнота, Мила с досадой скомкала его.

Чем я занимаюсь? Пора забыть обо всем. Почему же это дело не выходит у меня из головы?

Но причина была слишком очевидна.

Мысль о том, что ее имя неизгладимо начертано на коже монстра, приводила Милу в бешенство. Будто ее саму заперли вместе с ним в той камере, в «Яме», на весь остаток дней.

«Как я позволила себя завлечь?» Мила всерьез опасалась, что эта история превратится в наваждение.