Игра по-крупному

Стальные опоры-трубы поддерживали сварную решетчатую конструкцию, на которую был положен настил из досок. Мост ставили ещё до войны, тогда по нему ходили какие-то телеги, возы, поэтому он имел несколько избыточный запас прочности. Сейчас сюда пускали только пешеходов, но опорные балки вовсе не показались Вовцу лишними. На них следовало перебраться. Он перелез через перила и, стоя спиной к пруду, нащупал ногой внизу поперечную балку. Держась за стойку перил, опустился и понял, что места тут хватит для целого взвода. Похоже, тут даже иногда бывают люди, точнее, пацаны. Во всяком случае на ржавчине, покрывающей стальной уголок и трубы, нацарапаны разные имена и ругательства, а кое-где, словно скамейки, переброшены куски досок, чтобы с комфортом сидеть и курить, а может пялиться сквозь щели настила под подолы проходящих вверху женщин.

– Адель! Давай живо сюда!

Он высунулся, держась за трубу, свободной рукой протащил сквозь стойки перил свою сумку и повесил на шею. Адель боязливо полезла через перила, озираясь и ахая. И тут Вовец увидел двух парней, бегущих к мосту. Несмотря на жару, один из них был в пиджаке, а второй в короткой кожаной куртке.

– Ну что ты застряла, – крикнул раздраженно, – давай быстрей!

Поздно, поздно, парни их заметили. Оставалось только лезть под мост и молиться. Адель все никак не решалась отпуститься, стоя одной ногой на железной балке, болтая другой в воздухе. По ветхому настилу дробно разнеслись частые удары каблуков, парни были уже рядом.

– Сюда иди, – зашипел яростно Вовец, хватая женщину за талию. Болтается как сосиска!

Он рванул её на себя, оторвав от перил, и они чуть не кувыркнулись вниз. Адель громко взвизгнула. Вовец успел вцепиться в ржавую стойку и удержался на прогнувшейся доске. И тут мимо них с коротким каратистским криком один за другим просвистели двое парней. Раздались два громких шлепка, и черная грязь брызнула во все стороны, достав и до беглецов.

– Давай обратно наверх!"

"Вовец толкнул подругу в бок и тут же принялся её подсаживать. Внизу по пояс в густой черной няше торчали два вервольфа с изумленными физиономиями и возили руками по сторонам, сдирая тонкий слой зелени, безуспешно пытаясь добраться до ближней опоры моста. Видимо, им показалось, что женщина спрыгнула вниз, взвизгнув от испуга, и они не раздумывая маханули следом через перила.

Адель выбралась наконец на мост и встала с разведенными руками и слезами на глазах. Ее дизайновые голубые джинсы от Кевина Кляйна были густо забрызганы черным вонючим илом и измазаны ржавчиной, а отряхнуть их она не могла, так как ладони тоже были рыжими от ржавчины. Оставалось только разводить грязными руками и плакать, привлекая внимание редких прохожих.