Игра по-крупному

Он потягивал кофе и складывал в уме все новые сведения в более-менее связную картинку. Получается, что долги Савватеева продажа акций могла покрыть в лучшем случае на четверть. Мало того, директорская фирма выступила его гарантом перед банком и теперь должна будет раскошелиться на целый миллион долларов. Вполне естественно, что они имеют право на его пять процентов заводских акций. Можно считать, что они уже у них в кармане. А Салкин, судя по всему, об этом не знал. Не знал и об общей сумме долга, думая, что продажа акций покроет его. Есть ещё один любопытный момент. Тот, кто ликвидировал троих рыбаков, должен был убедиться, что в лодке не осталось никаких следов преступления, завести мотор и пересесть в другую лодку."

"Долгие и совершенно пустые рассказы Салкиной о её тяжелой жизни здорово утомили Вовца. Ему как-то слабо верилось, что женщину так могут обременять походы на званые юбилеи, официальные церемонии и презентации, поездки в дальнее зарубежье, канарские пляжи, шубы, бесконечные примерки и так далее до бесконечности. Единственное, что он мог принять, это готовка. Похоже это было главным делом её жизни в доме Салкина. Муж требовал, чтобы еда была наготове постоянно, разнообразная и обильная. Она и сейчас продолжала по инерции готовить постоянно и помногу, а может, занимала себя работой, чтобы горькие мысли не донимали. Прерывать её излияния Вовец не решался, стеснялся. В конце концов, пусть женщина выговорится. Был бы ещё кто-нибудь в доме, он бы её аккуратно переключил с себя на другого, а сам бы спать отправился. А так приходилось терпеть, делать внимательные понимающие глаза и кивать. У него уже шея начала болеть от этих кивков. Про себя он так и эдак складывал разные факты и фактики. Следовало завтра посмотреть лодку Геры Мышковца, может, ещё какой фактик обнаружится?

Он и не заметил, когда Салкина замолчала. Видно, выговорилась. Оставалось сочувственно вздохнуть и сказать давно заготовленную фразу:

– Поздно уже, спать пора…

Вовец лично проверил все запоры и замки. Свет в своей комнатушке не включал, чтобы не обозначать местопребывание для возможных наблюдателей. В общем-то он пока не ждал визитеров. Вервольфам нужен день, чтобы слинять и попрятаться, ещё минимум день, чтобы вычислить Вовца, и только потом они могут подплыть. А могут просто попрятаться, а не обозначать себя, выясняя, кто он и откуда. Все-таки неплохо было бы иметь под рукой что-нибудь подходящее. В кухонном инвентаре нашелся длинный острый нож. Вовец прихватил его в дополнение к своему охотничьему. Кухонный воткнул стоймя между матрасом и спинкой кровати, чтобы рукоятка возле головы была. А любимый охотничий слева под одеяло сунул, в ножнах, конечно. Так что в случае чего хоть один из них возле руки должен оказаться.