Игра не для слабых: Дорога на юг

Сколько мы сегодня вёрст сделали? Около тридцати?

— Пожалуй, что так, — кивнул торговец, поправляя свой шаперон, — И впрямь пора искать место для стоянки. Кобылы устали, да и нам с вами отдых не помешал бы. Тем более вон там, — он махнул рукой вперёд. Туда, где в густом травяном море рядом с дорогой виднелась изрядная проплешина с полуобвалившимся срубом колодца посередине — Есть и старое стойбище.

— Тогда решено, — отрезал Барон, — Эй Беннет. Дуй к головному дозору. Скажи, чтоб поворачивали назад. Мы разбиваем лагерь.

Глава 22

«Воющие степи»

В бескрайней мрачной вышине завывал ветер, гоня на восток тяжелые свинцовые тучи. Начинал накрапывать мелкий дождик. Его капли падали на раскалённые угли костра, и тут же с шипением устремлялись обратно в холодную высь. Айлин поплотнее прижалась ко мне. Я накинул ей на плечи край подбитого овечьей шерстью походного плаща и вновь прислушался к рассказу.

— И тогда к нам пришли они. Сказали или отдадите нам всё зерно, что есть в погребах, или мы снасильничаем ваших женщин, — рассказывал боец по имени Игнац. Высокий, сероволосый угрюмый хмырь со шрамом через всё лицо, который оставили ему на память налётчики, разорившие его деревню, — Ну мы и решили, что мол не дело это — со всякими подонками разговоры разводить. Послали в бездну их главного, собрали ополчение из мужиков. Да вот только эти хуилы похитрее нас оказались. Несколько ублюдков запалило хаты с краю деревни. Мужики естественно бросились тушить пожар, пока, значится всё село в угли не обратилось. Да вот только уловка это была. Пока мы вёдра с водой значица таскали, они с другой стороны напали и резню учинили. Всех мужиков, кого встречали — резали. Баб, кто за вилы и косы похватался — тоже. Остальных били так, чтоб сопротивляться не могли. Мы бросили вёдра, попытались дать отпор, да видать воинская подготовка у них была. Мы даже выстроиться как следует не успели. Последнее, что помню, это как один из этих хмырей подскочил ко мне. Я замахнулся значица, колуном, — Игнац поморщился и рубанул ладонью воздух, — Но он оказался проворнее. Полоснул меня по роже вот чем-то вроде этого, — он кивком головы указал на фальшион, лежавший у него на коленях, — Ну и всё. А как очнулся, тогда уже от деревни одни головни дымящиеся остались. И трупы. Они их побросали на поживу воронам. Мало того, что повырезали всех, кого могли, сукины дети, так ещё и захоронить нормально не потрудились, — он снова поморщился и смачно харкнул в грязь, — Уроды. Инку мою тоже тогда зарезали. Она сопротивляться удумала, но что может баба с вилами сделать против толпы разбойников. Всадили в неё два или три болта, да и дело с концом. Ну хоть не сильно мучилась перед смертью, и на том богам спасибо. Мику, сынишку моего тоже.