Игра на желания

Ей уже доложили про мои отношения, а с ее связями ей не составило особого труда все разузнать про моего поклонника. И полученными сведениями она поспешила поделиться со мной. Я узнала, что Седрик был старшим сыном в обычной крестьянской семье, где помимо него было еще семь детей — три мальчика и четыре девочки. Каким-то чудом ему повезло вырваться в столицу из той глухомани. Он сам поступил в университет, за успехи в учебе добился стипендии и даже нашел работу на кафедре некромантии. Правда, практически все заработанные деньги он отправлял родителям, помогая поднять на ноги своих братьев и сестер. И если в начале знакомства это импонировало мне, то достаточно скоро начало откровенно раздражать. Нет, Седрик никогда не отказывал мне в чашке кофе, когда мы гуляли по городу, расплачиваясь за обоих в недорогих забегаловках, но при этом выражение его лица становилось настолько печальным, что мне самой становилось неловко. Про подарки и говорить нечего. В общем, как ни стыдно мне сейчас осознавать, но злосчастный грызун всего лишь послужил последней каплей."

"Когда мы уже расстались, не мой новый роман стал причиной того, что Седрик оставил надежды меня вернуть. А то, что в объятиях другого я позволила в его отношении весьма откровенную и, признаться честно, обидную шутку по поводу его происхождения. Мол, пусть бы сидел и дальше в своей деревне, а не пытался изобразить из себя великого мага. Да, своего я тогда добилась: Седрик перестал мне надоедать своим вниманием. Но мне до сих пор стыдно за ту выходку. Такое чувство, будто тогда я сделала нечто весьма омерзительное. Право слово, уж лучше бы я ту дохлую мышь поцеловала, все не так противно было бы вспоминать дела давно минувших дней.

По иронии судьбы через несколько лет я на собственной шкуре узнала цену деньгам, когда отказалась от денежной помощи родителей, которую они намеревались мне предоставить в обмен на мое согласие выйти замуж за какого-то очень важного делового партнера отца. Матушка, кстати, совершенно не удивилась моему решению. Сказала, что сама бы на моем месте взбрыкнула. А вот батюшка разозлился и заявил, что в таком случае я и думать должна забыть о постоянной денежной поддержке.

Конечно, он вскоре остыл и даже, по словам матушки, порывался полностью оплатить мой кредит в банке, который я взяла на открытие салона. Но не на ту напал. Я всерьез вздумала добиться самостоятельности. И это мне удалось. Я даже умудрилась помириться со своей совестью, которая глодала меня все эти годы за давнишнюю ссору с Седриком. А вот теперь он опять появился в моей жизни, правда, не по своей и не по моей воле. Даже передать не могу, как мне неловко смотреть ему в глаза, вспоминая, как жестоко я с ним некогда обошлась.