Развод. Игра на выживание (СИ)

Мы с Тасей оставляем парней на него, и едем на моей машине в травмпункт, чтобы в очередной раз зафиксировать побои, а позже направляемся в районный отдел полиции.

Я стараюсь не наседать, не напоминать девушке о том, что всё это уже было. Буквально пару недель назад.

Иван, её муж, на время меняется, становится послушным, внимательным, вымаливает о прощении, но позже снова начинается непрекращающийся кошмар.

Замкнутый круг.

Волкова молча держит пакет со льдом у виска и периодически всхлипывает.

– Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю, поглядывая на зажатую в трясущейся руке справку из травмпункта.

– Лучше, чем в прошлый раз. Уже знаю, как себя вести, когда Ваня… сердится.

Возмущённо качаю головой и сжимаю зубы покрепче. Хочется многое высказать, но Тася обратилась к нам за помощью, а не за причитаниями и лишними советами.

– Он ведь никогда не изменится, да? – спрашивает отчаянно.

– Я… не знаю, – выдыхаю жалостливо.

– Снова ему поверила, – плачет. – Две недели как по струнке ходил, даже на работу устроился. В соседний супермаркет охранником. С детьми время проводить стал, был ласковым.

– Как всё началось в этот раз?

– Так же, как и в прошлый. Смотрел футбол, пиво пил. Максимка сражался рядом солдатиками, шумел, наверное. Ваня психанул, распинал все игрушки, я заступилась и отхватила за дело.

Раздражённо щёлкаю поворотником и разворачиваю автомобиль, когда вижу пробку впереди.

– За дело? – переспрашиваю, меняя маршрут в навигаторе.

– Ну да. Он так говорит, – со злостью отвечает. – Получила, потому что сама напросилась.

Наша беседа прерывается телефонным звонком, а мы попадаем в очередной затор из машин.

– Извини, – шепчу быстро Тасе, прижимая к уху мобильный. – Да, слушаю.

– Яночка, – звучит встревоженный голос Юлии Сергеевны. – Ты можешь говорить?

– В пробке стою. У вас что-то случилось?

– Богдан пропал.

– Как пропал? – взволнованно озираюсь зачем-то.

– Должен был с утра заехать. Я его ещё вчера попросила. Сейчас телефон недоступен, и помощник ничего не знает.

– Странно, – задумчиво закусываю губу. – Он вечером Маше не позвонил. Я тоже удивилась."

"– А что, если с ним несчастье приключилось? – свекровь начинает причитать, а у меня пальчики на ногах поджимаются от ужаса.

– Не переживайте пока, – осекаю стенания. – Я как освобожусь, попробую его найти.

– Сделай одолжение. Спасибо, моя хорошая.

Устало вздыхаю. Убираю телефон на противоскользящий коврик, приклеенный к панели и взволнованно сдавливаю пальцами руль.

– Спасибо Яна, у вас своих дел по горло, а вы со мной опять возитесь, – произносит Тася.

– Это моя работа.

– Вы, наверное, считаете, что я дура, да?

– Нет, – возражаю. – Я думаю, что ты запуталась Тася. А ещё тебе надо подумать о детях.

– Понимаю.

– Мы взрослые, как-то справимся.