Игра на одевание

Однажды я зашел к нему чисто по-соседски, Серхио не запирал дверь, говорил, что если он дома, то зачем запираться, вроде бы как у них на Кубе он тоже никогда не закрывал дверь…

Речь писателя лилась неторопливо, но слов в ней было так много, что Лев поймал себя на мысли: «А он вообще делает вдох?»

Писатель тем временем все продолжал и продолжал говорить, засыпая Льва мелкими подробностями из жизни Кубинца, но в целом ничего нового, кроме странных кошмаров, сыщик не узнал.

Соседка справа оказалась чуть более приземленной и гораздо менее словоохотливой. Анна. Она вышла к сыщику в спортивной форме, как будто собиралась в зал.

– Да, он кричал по ночам. Но мы с Серхио ходили в один спортзал, это я ему его порекомендовала. И договорились, что если он начинает кричать и я дома, то я звоню или стучу ему в стену. Несмотря на крики, он спал достаточно чутко и от стука в стену просыпался. Мы не были друзьями, но приятельствовали.

Соседка вежливо подождала, будут ли у следствия еще вопросы к ней, и после отрицательного ответа удалилась к себе.

– Все чудесатее и чудесатее, – вспомнил известную присказку из детской книги «Алиса в Стране чудес» Гуров и решил, что на следующий день он, пожалуй, заедет в ФСБ.

– Тряханули клинику, – позвонил Крячко, когда Гуров был уже в машине.

Лев попросил Станислава съездить в клинику вместе с Хоуп. Конечно, это было легкое нарушение, но кубинка сама приехала в Главк и предложила свою помощь.

Она была собранна и спокойна и начала предлагать деньги, говоря, что готова даже объявить официальную награду за любую информацию о смерти ее жениха. Огласки делу придавать было нельзя, и тогда Гуров напомнил про клинику. Он предложил Хоуп, которую они называли между собой «Крупская», отправиться туда, по сути играя роль самой себя. Только не грозить им сразу юристами, войной с Кубой и армией кровожадных родственников, а наоборот. Показать документы из тех клиник, где раньше наблюдался Альвадес, начать расспрашивать мнения «таких замечательных специалистов», как же такое могло приключиться. Тем более что Гуров рассчитывал еще и на опыт Хоуп, что она сможет разобрать, что там не так с дипломами у Коваля. Не может же новый главврач такого дорого заведения быть настолько подделкой.

– Крупская была великолепна. Еще в машине она грозила им чуть ли не расстрелом на главной площади Гаваны, а как только приблизились к дверям клиники, тут же, как по команде, зарыдала у меня на плече. Я клянусь тебе, что буквально втащил ее в холл. Хоуп причитала, мне кажется, на трех или четырех языках, она заламывала руки, пила литрами воду, пала на грудь главврачу. Как ты предполагал, все фальшивка. От очков до дипломов. Хоуп сказала, что таких заведений даже не существует.