Игра в любовь

Открыв дверцу душевой кабинки, я, сложив руки на груди, поинтересовался:

– Решила освежиться, прелесть? Могла бы позвать меня или хотя бы раздеться, чтобы вид стоил того… Ты что творишь?! – прорычал я, когда долетевшие до меня холодные брызги дали понять, что эта сумасбродная девчонка стоит под ледяной водой. – С ума сошла?!

Влетев внутрь кабинки, толкнул девчонку к стене и переключил воду на горячую.

– Охх… – раздалось сбоку, и Карамелька скатилась по стенке вниз.

– Да что ж такое-то?! – подхватывая ее на руки и вынося из душевой, нахмурился я, находясь в полном недоумении от ее состояния.

– Мне плохо… – дрожа от холода, простонала она.

– Конечно, плохо! Кому будет хорошо после ледяного душа, идиотка! – взяв с полки полотенце и пытаясь вытереть ее бедовую голову, одновременно стягивая верх от дурацкой пижамы, проворчал я. – Еще и меня искупала!

Удивительно, но бунтарка даже не попыталась помешать мне, когда я, стянув с нее рубашку, принялся за пижамные брюки. Она все продолжала дрожать, обняв себя руками. Да что с ней такое, черт побери?!

– Эй! – взяв за подбородок, я заглянул ей в глаза. – Что с тобой?

– Нее… не не знааю… жарко, – закатывая глаза и слабея, прохрипела Диляра, чуть снова не скатившись на пол.

– Тихо, тихо… – как есть обнаженную, я подхватил ее на руки, отнес в спальню и уложил на кровать. – Тебя тошнило? Может, ты отравилась?

Включая прикроватную лампу, начал засыпать ее вопросами. Я не был силен в подобных делах, но, кажется, жар бывает при отравлении. Не похоже, что у нее грипп или простуда.

– Все чешется… – жалобно простонала Карамелька, откидывая одеяло, в которое я ее завернул.

Казалось, ее совершенно не волновала собственная нагота, что было тревожным звоночком. Это насколько нужно быть не в себе, чтобы забыть о своей стеснительности?

– Карамелька, тебя тошнит? – требовательно спросил я, обхватывая ее за подбородок и встречаясь с ее расфокусированным взглядом.

– Нееет, отстань! – мотнула она головой почти сердито.

Видок у нее был тот еще. Мокрая, взъерошенная, как воробей. Хотелось взять и поцеловать ее, чтобы не смела больше так разговаривать. Но я прекрасно видел, что моя жена не в себе. С ней явно что-то не так. Диляра словно бредила. Может, она болеет чем–то, а я не в курсе? Такое ведь вполне возможно.

Понимая, что намочил край постели, я встал и стянул с себя одежду, судорожно размышляя о том, как узнать о предполагаемой болезни. Схватив телефон Дили, думал было набрать ее невестку, но сообразив, что муженек той может и приехать, узнав о состоянии своей сестры, отбросил мобильник обратно на тумбочку.

– А ты неплохо выглядишь без одежды… – внезапно прохрипела Карамелька, заставляя меня пораженно обернуться.