Игра в любовь

– Думаешь, я все придумала? А то, что твой отец собирался меня вчера ударить, я тоже выдумала? Если бы не твоя мать, он бы ударил меня, и неизвестно, чем бы все это кончилось! Нельзя бить женщин, черт возьми! А особенно беременных женщин! А если бы я ударилась или упала…

– Что ты сказала? Ты беременна?! – не слыша ничего кроме этих слов, прошептал я.

– Беременна! И мне нельзя подвергаться тому стрессу, который ты мне устраиваешь! – ударила она меня кулачком. – Пожалуйста, давай вернемся в квартиру… Мне страшно! – шмыгнула она носом и сделала это настолько жалобно, что я, наплевав на все, решил сделать, как она хочет.

Все равно ничего ужасного я не услышу. Так неужели не могу уступить?

– Хорошо, малышка, мы пойдем. Но только ты пообещаешь мне, что после услышанного навсегда выбросишь все эти мысли из головы! Идет? – прошептал я, прижимаясь к ней в крепком объятии.

Карамелька лишь кивнула, обнимая меня в ответ, от чего я просто растаял, радуясь, что скоро все недоразумения разрешатся.

Дверь оказалась не запертой, и, благодаря огромному коридору, мы бесшумно пробрались в квартиру.

–…сколько еще жизней ты испортишь? Тебе не хватило того, что ты сделал со мной и со своей первой женой? Оставь моего сына в покое! Он сам решит, как поступать со своей семьей! – заставил меня замереть возглас матери.

– Смотрю, ты стала очень смелой благодаря поддержке этой нахальной девчонки! Только вот недолго эта поддержка продлится, когда мой сын разведется с ней. Что ты тогда будешь делать? У тебя никого нет! Зелимхан тебя ненавидит! Да что там он, твой родной сын тебя ненавидит! Куда ты пойдешь? Побираться? – то, как говорил отец… я не узнавал его.

– Ты посеял эту ненависть! Сделал меня беспомощной, и я позволила тебе это! Служа как верный пес, всю жизнь, видя лишь побои и упреки! Я бы и дальше терпела, но сейчас речь идет о счастье моего сына…

– Заткнись, тварь…

Дальше я слушать не стал. Я даже понять ничего не успел, в каком-то забытье врываясь в комнату и крича на отца. Мать с женой вцепились в меня, помешав наброситься на него. А подоспевший тесть выпроводил его из квартиры, пока он пытался докричаться до меня, вновь пытаясь окутать своей ложью.

– Алихан… Алихан, что с тобой? Ты меня пугаешь! – кричала мне Диляра, но перед глазами все плыло, и я просто не мог сосредоточиться на ней, вновь и вновь прокручивая в голове сцену, свидетелем которой стал.

Он душил ее. Мой отец накинулся на мою мать и душил ее, прижав к стене. Всегда заботливый и добрый... Тот, в ком я души не чаял, на кого всю жизнь равнялся, оказался волком в овечьей шкуре. Монстром.

– Папа, что с ним!? – кинулась я к отцу, так и не сумев докричаться до посеревшего мужа, сидевшего на полу, безвольно прислонившись к стене.

– У него шок, Лисичка… не так-то просто принять такое.