Игра Кота 3

Значит, знал, что это бессмысленно. Убей, забери Компас… И, что самое поганое, взбрыкнуть нельзя. Слишком хорошо я запомнил холодные глаза Льва Яновича за стеклами модного пенсне."

"Но и доводы разработчика тоже были странными. Уничтожить Сферу, потому что она гипотетически опасна — это ж ни в какие ворота. Целый мир, вернее, сотни миров, миллионы живых НПС, почти не отличающихся от нас, все это вот так запросто пустить под нож? Зачем?! Перед внутренним взором мелькнуло грустное лицо Вельди с широко открытыми зелеными глазами, в которых застыл ужас.

— Зачем? — переспросил Свечкин, — Это наше предназначение. И — залог выживания миллионов игроков. Ты понимаешь, что их жизнь, в том числе и твоя, висит на тоненькой ниточке прихоти «процедурного генератора»? Хочешь, чтобы в один прекрасный момент выйти из своей капсулы пускающим слюни овощем? Это не домыслы, а вполне реальный вариант. Проводились исследования, есть секретные проекты с кодовыми названиями…

— Извини, но я не верю в идеалистов, — прервал его я, — Ты здесь погибнешь тоже. В чем профит?

— Профит? Ты имеешь в виду, зачем мне все это? — усмехнулся Рокки, — Лично у меня есть огромное желание пустить прахом планы Петровича. Любой ценой. Отомстить, за то, что он сделал с нами. Доказать, что даже мертвые, мы исполним свою миссию.

Его единственный глаз фанатично блеснул в разрезе бинтов, и я понял, что он действительно ненавидит Балабанова, той самой слепой, всепожирающей ненавистью, которая заставляет совершать немыслимые вещи. Было в этом что-то нездоровое, пугающее.

Ну что, играй, Кот! Я всегда гордился своим самообладанием, умением не выдавать скрытых эмоций. Словно в задумчивости отвернулся, нервно пощипывая рукой подбородок — и вдруг взорвался быстрым движением, мгновенно выхватывая Синеву из ножен. Предательский, неожиданный, резкий удар наискось! Других вариантов одолеть разработчика, кроме как застать его врасплох, у меня не было.

Мимо! Я отрабатывал этот удар, стараясь сделать его неотразимым, но Рокки — Свечкин успел среагировать. Клинок разрезал воздух, он вывернулся легким полушагом, оказавшись сбоку, и тут же ответил резким тычком в лицо.

Гробовщик, без сомнения, был фехтовальщиком экстра-класса. Эсперанза, смертоносное искусство, танец летающей стали… Я был бы убит, не преподай он мне несколько уроков. Коронные трюки и уловки уже известны, и я почти на автомате уклонился, повторяя его движение. Лезвие тяжелой шпаги прошло в каком-то сантиметре от моей щеки.

Шанс только один — заспамить его градом быстрых ударов, заставив парировать оружием удары Синевы. Прижать к стене, лишив возможности маневрировать, пещера невелика…

Клинок, горящий синим огнем, яростно пластал воздух, тесня уходящего в пируэтах и уклонениях Свечкина.