Игра не для слабых: Наемник

— Поймут, не поймут, а право знать они имеют, — отрезал я, — Как-никак они рисовали жизнью ради спасения моей шкуры. И твоей, между прочим, тоже.

— Когда именно? — недоуменно уставился на меня Ансельм.

— Сегодня ночью. Когда ты чуть не привёл погоню к нашему дому, — аргумент вышел не особенно убедительным. На деле погони не было, или он её предварительно увел в сторону, запутав следы. Но Ансельм спорить не стал.

— Ладно, но, как я уже и говорил, они всё равно ничего не поймут, — пожал плечами он, — А разжёвывать очевидные вещи я не особо хочу. Ты как, вообще, перед отправкой сюда читал условия контракта?

— Нет, — ухмыльнулся я, — Не в том состоянии был.

— Понимаю, — кивнул Ансельм, — Даже больше, чем ты думаешь. У всех нас истории примерно похожи. Различаются лишь причины, подтолкнувшие к этому шагу, да и то — нечасто. Так вот, в условиях контракта есть один примечательный пункт, говорящий о том, что корпорация не несёт ответственности за потерю личности вследствии непредвиденных сбоев системы. Его стараются не афишировать, особенно людям, идущим на сделку. Но тем не менее он есть, и один такой «баг» закрался в систему перерождения, — Ансельм почесал нос, ковырнул деревянной ложкой остывающую похлёбку, обвёл нас взглядом и продолжил, — Видишь ли в чём проблема. Благодаря нашему антимонопольному законодательству корпорация не может доить твоих родственников вечно, продавая им «подписку на твою жизнь». Допускается лишь единоразовый платёж в пределах строго оговоренной суммы. Таким образом, после переноса сюда, ты становишься практически бесполезным куском кода. Куском, который существенно разоряет кампанию, так как полная симуляция твоего сознания требует огромных вычислительных мощностей, и не приносит ей практически никакой пользы.

— Честно говоря я не вижу разницы между мной и, скажем, Туром, — покачал головой я, — Что он, что я выглядим и ведём себя, как обычные живые люди. Почему моё сознание тратит больше ресурсов, чем их?

— Местами вы и вправду не отличаетесь, но на многих вещах всё-таки корпорация экономит. Я не программист и не знаю подробностей. Могу сказать лишь то, что под симуляцию тебя выделяется целый небольшой сервер. А таких, как они, — Ансельм снова обвёл взглядом собравшихся, — Точно такой же сервер может обрабатывать вплоть до тысячи одновременно.

— И… — я уже начинал догадываться, к чему он клонит.

— И во время смерти персонажа из-за непредвиденного бага ты теряешь свою личность. И освобождаешь место для нового «контрактника». По большому счёту для тебя, как и для меня, смерть тут — это конец. Причем, бесповоротный.