Игра не для слабых: Наемник

Я потянулся к мечу — если уж и подыхать, то хоть с оружием в руках. Но тут Айлин неожиданно метнулась к повозке, схватила один из горшков и метнула в нападающих. Следом за посудиной тут же полетела огненная стрела. Раздался врыв. Толпу обдало ошмётками густой бардово-коричневой, горящей смеси. Она моментально прожгла нательные рубахи и прилипла к коже ублюдков. Раздались отчаянные крики. Люди начали падать на землю пытаясь сбить, охватывающее их пламя. У одного кусок горящей смеси попал на лицо. Он отчаянно завыл хватаясь руками за голову. Кожа на его пальцах тут же обуглилась и почернела, намертво прилипнув к пылающей плоти.

Айлин сделала неуверенный шаг назад и покачнулась. Магия второй ступени, всё ещё давалась ей с большим трудом. Я бросил повозку, подскочил к ней и обхватил за плечи и талию, не давая ей упасть на землю. Из носа по заметно побледневшей коже протянулась тонкая струйка крови. Похоже с Де Валлоном Ансельму придётся справляться самому. Айлин вряд-ли сможет ещё что-нибудь наколдовать, а я просто не знаю нужных заклинаний. Но, тем не менее, девушка только что спасла наши жизни.

— Молодец, — кивнул я ей, встряхнув за плечи, — Но некогда отдыхать. Нам надо пройти ещё три окна. Ты как? Сможешь идти?

— Д… Да… — с трудом выдавила из себя девушка, вытерев кровь с лица, — Надеюсь больше не придётся так колдовать.

— Ага, — согласился я, отпустил её и снова схватился за тачку.

Враги уже перестали орать и дёргаться. Их обугленные тела скорчились на мостовой. Некоторые ещё шевелились и слабо стонали. Добивать их времени не было. Подохнут сами. Если повезёт. А если нет, останутся живы. Зараза. Не хотел бы я жить с такими ранами.

До следующего окна добрались без каких либо проблем. Оно вновь было забрано металлической решеткой, так что пришлось обходиться без факела. Горшок разбился, пальцы щёлкнули и в комнате загудело жадное, пожирающее всё, пламя.

Мы уже собирались было направиться дальше, но внезапный окрик сзади немножко охладил наше рвение.

— Генри, Айлин, — голос принадлежал Ансельму, — Сворачиваемся. Больше мы тут ничего сделать не можем.

Он был прав. Казармы пылали. Гудело рвущееся вверх пламя, в небо поднимались чёрные столбы густого жирного дыма, с треском и грохотом то тут то там обрушалась кровля. Орали и выли горящие заживо люди. Что-то ещё тут делать смысла не было. Огонь завершит всё за нас.

Вот только в душе после всего произошедшего осталось какое-то совсем уж поганое чувство. Похоже, сражаясь с одними упырями, мы потихоньку сами превратились в чудовищ. Куда более страшных и смертоносных, чем те, с кем мы боролись. То, что мы сегодня совершили… Впору было сравнивать с поведением нацистов на оккупированных советских территориях.