#идикомне

Конец месяца…

С ума сойти! Уже целый месяц я живу отдельно и принадлежу сама себе. И мои деньги тоже принадлежат мне, а не служат арендной платой за жизнь в… да просто – за жизнь.

Жить одной вдали от матери и него – новый для меня уровень ответственности. Ответственности за себя, свои поступки и решения. Ошибиться легко, нести ответ за свои ошибки – непросто. Даже перед самой собой.

Но я ведь ещё ни разу не ошиблась? Ведь так? Даже с тем, что открыла свои глаза трём людям, которые, к моему облегчению, до сих пор хранят это обстоятельство в секрете от всех. По крайней мере, я не слышала, чтобы где-то это обсуждалось или кто-то заглядывал мне в глаза особо пристально. А может, дело в том, что прошло мало дней. Обо всем стало известно в ночь с субботы на воскресенье, а сегодня вечер среды – и недели еще не прошло.

Вполне может быть, что чей-то язык очень скоро развяжется и мне снова придется хлебать дерьмо большой ложкой.

Зашла в кухню, прошла в мойку к Жене и оставила ему новую порцию грязной посуды.

– Много там еще народа? – спросил он, не отрывая глаз от работы своих рук в перчатках под потоком горячей воды.

– Трое, – выдохнула я устало. Прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза, желая перевести дыхание.

– Ты опять ничего не ела, поэтому быстро устаешь, – поучительно заявил Женя. Даже очки не дрогнули при этом.

– Ты тоже решил заглядывать мне в рот?

– Пример Карины заразителен, – усмехнулся парень. – Мне кажется, она готовит тебя к забою.

– Вполне может быть. Последние дни она готовит как сумасшедшая.

Теперь каждый мой ужин был насыщен едой настолько, что приходилось Карину умолять, чтобы она перестала пихать в меня всё, что ей попадется под руку. Полбулки хлеба, смазанной сливочным маслом – перебор даже для Жени.

– А то, что не съели вы, доедаю я, – закатил он глаза и замер. – Я понял! Это она меня к убою готовит. Видит, что сала во мне много, вот и готовит кабанчика, чтобы поздней осенью мочкануть.

– Нет у тебя сала, – посмотрела на парня. – Ты нормальный. Вернее, тебе идёт быть таким. Мне кажется, худым ты будешь нескладным.

– Ладно, – иронично ухмыльнулся. – Сегодня вечером я съем и твою порцию, когда Карина отвернется.

– Спасибо, – улыбнулась ему и вышла из кухни.

В зале осталось двое посетителей: один из них уже тоже собирался уходить. Только женщина с ноутбуком и чашкой, зависшей в нескольких сантиметров от губ, что-то сосредоточено читала в своем ноутбуке.

– Надо бы её мягко выпнуть, – шепнул Дима, протирая барку.

– Давай ты, – замялась я, понимая, что мне будет крайне неловко отрывать ее от работы, когда она так увлечена."

"– Кафе закрывается через пятнадцать минут, – громко так, что у меня зазвенело в ушах, произнес Дима, заполнив своим голосом весь зал.