Иди за мной (СИ)

Мы с Амелией побежали в лагерь разжигать костёр и греть воду, пока остальные брели следом.

Все вертелись и суетились вокруг Кита, пытаясь поддержать словом или делом. Я сидела рядом с ним, и никакая сила в мире не могла сдвинуть меня с этого места. Кит, до самой макушки замотанный во все плащи и одеяла, что у нас были, глядел на меня, как лисица из норы, только глаза лихорадочно блестели. Лишь бы не заболел. Я прикоснулась к его лбу, проверяя нет ли жара. Кит с готовностью, как будто только того и ждал, прижался лбом к моей ладони и прикрыл глаза.

— У тебя руки прохладные. Так приятно.

— Ты заболел. Жар поднимается. Но ничего, у тебя есть я, обязательно тебя вылечу.

«Бедный мой Кит, столько пережить, теперь ещё и болезнь». Нежность, жалость переполняли мою душу.

Кит посмотрел на меня с какой-то горечью, которая неприятно удивила, и медленно прошептал:

— Отдыхай. У тебя выдался тяжёлый день.

Он снова закрыл глаза, я гладила его волосы, горячий лоб, и через несколько минут Кит уснул. Я попросила Тови посидеть с ним и распотрошила свои снадобья. Надо было приготовить лекарство. «Отвар из ромашки, фиолетовых цветов монарды, сухих корней дягиля и галинсоги отлично подойдёт».

Закат раскинулся над Лесом, яркими красками заполнив небо и расцвечивая его яркими полосами. В такие минуты прекрасно мечтается. Но я смотрела на зарево и мучилась сомнениями. «Почему Кит так странно на меня посмотрел? Откуда такая необъяснимая тоска в глазах? Неужели из-за моих слов, что я у него есть? Может, я всё себе надумала, на самом деле не нужна ему и навязываюсь? Может, я, как и Лес, просто приключение? Если подумать, ведь мы ничего не успели друг другу сказать тогда, после поцелуя. Теперь неизвестно что между нами».

Я так задумалась, что не заметила, как подошла Амелия. Только когда она дотронулась до моего локтя, я вынырнула из своих мыслей.

— Я? В порядке, коленка уже не болит. — Пересилила я себя и как можно беззаботнее улыбнулась.

— Скажи, Кит тебе не безразличен? — вполголоса спросила Амелия. Я вздрогнула от неожиданности вопроса и опустила голову, не зная, что и сказать. — Можешь не говорить, всё и так понятно. То, как ты бросилась за ним в воду… — Она помолчала. — И сейчас на тебе лица нет. Не переживай, Кит поправится. — Она обняла меня.

Пока Кит спал, мы не находили себе места. То один, то другой из нас тихо подкрадывался посмотреть, как он там. Кит проснулся через несколько часов, когда уже стемнело. Он лежал без сил, с неохотой разговаривал и отказывался от еды.

Я сидела у костра и помешивала булькающую в котелке крупу, щедро сдобренную травами и кореньями, рассуждая про себя, что выхаживание больного мужчины не должно сильно отличаться от ухода за упрямым раненым зверем.