Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд (+ Бонус. Новый год у Тумановых)

Окидываю взглядом голый торс, мысленно благодарю мужчину за то, что хотя бы штаны домашние на себя натянул. А заодно отмечаю, какой Туманов простой и уютный сейчас. Хочется сидеть с ним на кухне в обнимку, пить чай и болтать о ерунде. И еще… тройняшек не хватает, которые бы тараторили рядом без умолку.

Яростно прогоняю наивные картинки. И злюсь на себя за слабость и глупость. Чтобы отвлечься и перейти к делу, достаю из сумки медкарту Адама, впечатываю ему в грудь.

- Прости, я должна вернуть это тебе, - произношу отрывисто и готовлюсь к взрыву. Зато избавлюсь от его обволакивающего взгляда.

- Какого хрена, Агата? – мгновенно меняется в лице Адам, изучая карту. – Откуда это у тебя? – исподлобья зыркает на меня недовольно.

Хмыкнув снисходительно, я наконец расслабляюсь. С таким Адамом мне проще общаться. Когда он не пытается соблазнить и поцеловать меня. А злится. Ненавидит. Готов прибить.

- Я хотела убедиться в твоих словах. И выяснить, что у тебя стряслось, - пожимаю плечами. Обхожу мраморного Аполлона, в которого превращается Туманов. И направляюсь в кухню.

Глава 30

По-хозяйски открываю шкафчики, нахожу пакетированный чай, черный, с какими-то фруктовыми добавками. Могу поспорить, что не Адам его покупал. Морщусь, но все-таки заливаю эту дрянь кипятком. Мужчине делаю кофе, правда, растворимый. Другого нет. Набор продуктов соответствует квартире холостяка.

Уверена, Туманов здесь только ночует. С женщинами… А ужинает в ресторанах. Жаль, со мной этот пункт он пропустил. Сэкономил, а теперь я погибаю от голода и жажды. После нашей «жаркой встречи» - немудрено.

Заглядываю в кружки, вдыхаю запахи ненатуральных фруктов и горелых зерен, изучаю болотного цвета жидкость. Сомневаюсь, что мы будем пить это, но руки занять чем-то придется, чтобы не придушить друг друга.

Атмосфера накаляется, а в помещении сгорает весь кислород.

- Зачем? – вонзается в спину ледяной стрелой. – Диагноз мой искала?

Невозмутимо поворачиваюсь и ставлю чашки на стол. Адам бросает скользящий взгляд на них, кривится – и вновь обращает весь гнев на меня.

- Конечно, - опускаюсь на стул, намеренно выбрав место как можно дальше от разъяренного мужчины. Прорычав что-то себе под нос, он приближается ко мне и все-таки устраивается рядом. Перекрывает выход, отрезает все пути для побега. – Воспринимай меня как медика, и твое мужское эго не пострадает.

Протянув руку, дотрагиваюсь до ободка кружки, обжигаюсь паром – и одергиваю ее.

- Ты гинеколог, Агата, причем пока на стадии обучения, - цедит Адам, перехватывая мою ладонь. Подносит к губам и неожиданно… целует пострадавшие пальчики. – Любопытный и очень вредный, - прищуривается.

- Неважно, - отмахиваюсь и отодвигаюсь, упираясь спиной в холодную стену. - Главное другое.