Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд (+ Бонус. Новый год у Тумановых)

- А вот я так не думаю! - срываюсь неожиданно сам для себя.

Стоп, Адам! Стоп!

Нельзя так с Агатой. На порыве. На желании.

С ней или серьезно, или никак.

Тройное табу… Мой диагноз… Тест ДНК… И ответ, который решит все.

Надо дождаться.

Но упругое женское тело уже грубо впечатано в мое, из сексуальной груди выбит тонкий ошеломленный стон, а сочные губы завоеваны.

Целую.

Сам целую женщину.

Жадно пробую на вкус. Вторгаюсь в ее ротик. И жду самую малость – отклика.

Со студенческих времен подобной хренью не занимался. Меня обслуживали, удовлетворяли, продавались мне, но не более того. Ни с одной бабой я не шел на сближение. Знал, что меня не любили, и не давал ничего взамен. Кроме денег.

Слабый укус ни хрена не приводит в чувства.

– Адам, - лепечет Агата в мои губы. Заводит срывающимся шепотом, жарким дыханием и прикосновением маленьких ладоней к моему торсу. Оттолкнуть меня хочет, но я не могу ее отпустить. Своим сопротивлением она заставляет меня усилить напор.

Осознание того, что Агата не хочет быть моей и даже не пытается имитировать некое подобие страсти, наносит почти физическую боль.

Купил бы, черт! Все коллекции собрал и сдал бы в ломбард, лишь бы денег хватило. Оплатить каждый ее час, каждый день. До конца жизни.

Но она не продается. Недосягаемая. Мечта.

И этот наш первый поцелуй, скорее всего, станет единственным. Поэтому беру от него все, как смертник в последний день перед казнью. Как провидец, узнавший о грядущем конце света.

По максимуму. Сейчас и больше никогда.

Запускаю руку в мягкие, как шелк, волосы. Срываю, наконец, проклятую резинку, освобождаю смоляные пряди, которые достигают ее пояса. Веду по ним вниз по напряженной спинке, до самой поясницы. Сгребаю локоны, наматывая их на кулак.

Я полностью сосредоточен на губах Агаты. Я и забыл, как приятно и вкусно целовать женщину. Или это она такая особенная. Сладкая, мягкая, ароматная. Дразнит аппетит.

Не останавливаюсь ни на миг. Вбиваюсь языком в ее рот, игнорируя сиплые вздохи. Больше и шанса не выпадет такого, точно знаю.

Агата скорее убьет меня и закопает, чем простит нападение и подпустит еще раз к себе. Я посягнул на ее свободу, которой она так гордилась.

К моему удивлению, в какой-то момент Агата отвечает. Слабо, неуверенно. Ведет ладошками к моей шее, обнимает. Включается в поцелуй, принимает мои атаки, впускает в себя. Вздрагивает и постанывает, сводя меня с ума. Касается язычком моих губ, немного неловко скользит по зубам, проявляет инициативу.

Мы не переступаем грань. Не позволяем себе лишнего. Я даже не касаюсь ее упругого тела так откровенно, как хотелось бы. Сжать грудь, скользнуть по прессу на животике, поласкать накачанную попку. Воплотить в реальность все, что я вытворял с Агатой в своих фантазиях.

Но нет…

Между нами - всего лишь поцелуй.