Идеальный сын

– Сестрёнка, привет! – Я рывком открываю дверь, и с порога мне улыбается Сэм.

– Сэм! – вскрикиваю, одновременно улыбаясь, я и бросаюсь ему в объятья. Внутри меня словно прорывает плотину: не успеваю сдержаться, как начинаю громогласно всхлипывать у него в руках.

Отстранившись, вижу, что и он плачет, отчего только больше его люблю.

– Мне так жаль, что тебе такое пришлось пережить, – говорит он, – надо было мне раньше приехать. Надо было вообще не уезжать после похорон. Прости.

Протираю глаза.

– Всё хорошо. Правда, всё хорошо."

"– Как так? – Слёзы стоят в его широко раскрытых глазах, которые так напоминают мне глаза Джейми.

Закрываю глаза, по щекам бегут горячие слёзы.

– Бывает лучше, бывает хуже, – шепчу я, вспоминая, как Джейми угрюмо молчит или в ответ на расспросы пожимает плечами. Стараюсь не думать, вспоминаю, как мы прыгали по лужам.

– А ты всё качаешься, – спрашиваю я следом, когда оба не знаем, что сказать, и бью по его бицепсу. Джинсы у брата приталены, ботинки модные. Похоже, Сэм в кои-то веки перенимает вкус Финна в одежде.

Пропускаю Сэма войти, и мой взгляд застывает на пустой дороге и полях за ней. Поспешно закрываю дверь.

Перевожу внимание на Сэма. С переезда в Ноттингем он очень изменился. Это уже не тот долговязый парень с растрёпанными а-ля Эйнштейн светлыми волосами, которого знал ты. Теперь он коротко подстрижен, широкоплеч, мускулист. Но для меня Сэм всегда тот же старший брат, который рассказывал мне на ночь страшилки про призраков, а когда я упала в канаву с крапивой, научил втирать щавель, чтобы не так щипало.

– А ты всё так же забываешь причесаться, – парирует Сэм, указывая на мои растрёпанные кудри.

– Ты что приехал-то? – спрашиваю я.

Сэм театрально разводит руками.

– Если Магомет не идёт к горе, значит, гора идёт к Магомету.

Улыбаюсь, качая головой.

– Там, кажется, наоборот было.

– Как бы то ни было, на телефон ты не отвечала, я и решил, что сам свожу тебя пообедать.

– То есть ты четыре часа ехал перекусить.

– Ну да. Или ехать, или мама так и будет каждый день названивать в больницу и рассказывать, как за тебя волнуется.

– Что, правда звонит? – кривлюсь я и чувствую укол совести. – Прости. Она и моей подруге Шелли названивает.

– Ну да, знаю. – Он поднимает брови, повторяя моё выражение лица. – Давай, надевай ботинки, идём есть.

– У меня и здесь есть что поесть.

– Слушай, ну я четыре часа не ради бутерброда с ветчиной мчался. Хочу бургер. В посёлке же был ресторан, я правильно помню?

– Да, на вершине холма на границе с другим посёлком. Туда только на машине.

– Так поехали!

– Сейчас, пять минуток, – бегу наверх снять с себя легинсы, в которых целый день проходила.

– Давай только поторопись, а то мне в два уже обратно, – кричит мне Сэм.

– Эх. – Джейми расстроится.