Идеальный парень

– Ты уж извини меня за столь избирательный подход, но… я не ослышался – ты только что назвал меня восхитительным?

– Тебе, наверное, показалось. А сейчас я, как бы иронично это ни звучало, все-таки вызову «Убер», потому что на метро уже не успеваю и у меня нет налички чтобы поехать на такси.

Он откашлялся.

– Если хочешь, ты мог бы остаться у меня на ночь.

– Ух ты! Не ожидал, что ты готов зайти так далеко в своем стремлении не поддерживать бизнес-модель «Убера».

– Нет, я просто подумал, что так будет… что это, – он застенчиво пожал плечами, – для большего правдоподобия.

– Думаешь, кто-нибудь обратит внимание на то, где я сплю? Или ты считаешь, что за нами следит ФБР?

– Мне кажется, что за пределами Соединенных Штатов наблюдение скорее будет вести ЦРУ. Но вообще-то я думал о папарацци.

Он был прав. Все эти годы меня часто фотографировали, когда я по утрам выходил из разных домов от разных людей.

– И ты меня совсем не стеснишь, – смущенно добавил он. – У меня есть лишняя зубная щетка, и я могу поспать на диване.

– Я не допущу, чтобы ты спал на диване в своем собственном доме.

– А я не допущу, чтобы на диване ночевал мой гость.

Повисла долгая пауза.

– Что ж, – заметил я, – если мы оба не можем спать на диване, то я либо поеду домой, либо…

Оливер теребил рукав своего джемпера.

– Думаю, мы оба уже достаточно взрослые, чтобы провести ночь на одной кровати без происшествий.

– Слушай, я понимаю, что, когда мы вышли из ресторана, я немного переборщил. Обычно я не набрасываюсь на людей без приглашения. Так что обещаю, никаких происшествий не будет.

– Тогда, думаю, нам пора подняться наверх – уже поздно.

Итак, я согласился провести ночь с Оливером. То есть не с Оливером. Скорее в непосредственной близости от него.

Только вот в тот момент, как бы ни старался убедить себя в обратном, я не видел особенной разницы между этими двумя понятиями.

Когда я увидел, что Оливер спит в темно-синей клетчатой пижаме, меня это даже не удивило. И, разумеется, постель была застелена по-взрослому – это вам не просто всунуть одеяло в пододеяльник и кое-как кинуть его на матрас.

– Что ты так внимательно рассматриваешь? – спросил он.

– Я думал, такие пижамы перестали покупать году так в 1957-м. Ты сейчас напоминаешь медвежонка Руперта[31].

– Не помню, чтобы медвежонок Руперт носил нечто подобное.

– Нет. Но если бы ему попалась эта пижама, он бы ее точно надел.

– По-моему, ты заблуждаешься.

Я принял позу, которая, как мне казалось, придавала сходство с истинным юристом:

– Ваша честь. Достопочтенный обвинитель заблуждается.