Идеальный мир для Лекаря #7

А другие, что остались внизу и не могли пробиться сквозь бурчащий заслон, грозно ругались на них. Но хотя было весело. Сразу стало как-то оживленно. Например, интересно было посмотреть, как один из стариков пытался вскарабкаться наверх на своих костылях. Ноги его практически отказали и подкашивались, но он всё равно пытался, пусть и получалось откровенно паршиво. Мои гвардейцы хотели подхватить его и помочь, за что получили костылем по хребту. На этом их желание уважать старших сразу пропало.

И если тот, что был на костылях, хоть как-то продвигался наверх, то другой, более принципиальный, задерживал процессию реликтовых войск еще сильнее. Не знаю, почему, но этот упёртый старик решительно отказался от костылей, притом, что без них идти получалось откровенно паршиво.

Я даже ради интереса просканировал его ноги и был удивлен. От суставов там одни воспоминания, сейчас они представляют собой одну раскрошенную кость. Впрочем, остальные кости тоже целыми не назовешь, и держится на ногах старик исключительно на несгибаемой силе воли.

Но на одной лишь посадке в самолет проблемы не закончились. Сначала мы не могли подняться в воздух. Но к этому я привык. Пилоту попросту не хватило времени на обучение, а тем более, этой машиной должны управлять, как минимум, двое человек. Потому в качестве второго пилота сел один из гвардейцев. Опасно? Безусловно! Зато полет стал еще интереснее."

"А стоило нам подняться в воздух, как двум старикам резко поплохело. У одного упало давление, а второй получил обширный инсульт, и начал отходить в мир иной. Но услуги Виктории не пригодились, так как я был рядом и вовремя заметил, что один из моих новобранцев умер от старости. Да и справиться с кровоизлиянием в мозг оказалось довольно просто. Дело в том, что любые ткани у старых людей гораздо лучше переносят кислородное голодание. Они, эти ткани, уже давно привыкли к подобному, так что и проблем от нарушения кровоснабжения значительно меньше.

Да уж, мне кажется, я не так привлекаю к себе лишнее внимание своими целительскими способностями, как набором гвардейцев. Беру либо инвалидов, либо старых инвалидов, другого не дано. А вот здоровых и молодых зачисляю в ряды бойцов крайне редко и неохотно. Ну, а что тут такого? Те, кто получил раны в бою, в любом случае, опытнее. И следующее ранение уже не выбьет их из колеи.

Попытался поговорить со стариками и сразу понял, что настроены они пессимистично. Причем, все, как один. Мало того, они сами не понимают, куда и зачем летят.

— Ты не обижайся, граф, — в основном со мной разговаривал высокий широкоплечий старик с белой пышной бородой аж до пояса.