Идеальный мерзавец

Он галантно пропускает меня вперед, вставляет ключ-карту в специальный разъем у двери и в номере вспыхивает свет.

Огромный люкс встречает нас блеском и лоском: на полу мрамор, на стенах зеркала, в вазах живые цветы, хотя нас тут не ждали. Марк проходит внутрь быстрым шагом, не замирая на пороге с разинутым от удивления ртом, в отличие от меня. Он небрежно и даже немного зло отдергивает шторы, и распахивает стеклянную дверь, через которую в номер тут же проникает холодный ветер и грохот моря.

В дверь постучали, Марк тут же привычно и по-свойски откликнулся на английском и в номер незамедлительно вкатили тележку с фруктами и шампанским, а после парень тут же испарился, прикрыв за собой дверь.

Я не видела, чтобы Марк делал заказ.

«Я богатый мерзавец, Вера». Возможно, эта небрежно брошенная в кафе фраза, говорит о большем, о чем Марк не готов говорить открыто.

Марк молча открывает шампанское, бросает в один из бокалов клубнику и, наполнив игристым вином, протягивает мне.

Но терпкое сухое вино в шикарном номере, несомненно, дорогой гостиницы почему-то оставляет во рту привкус пепла и горячи.

Мы молчим. На повестке дня — секс и больше ничего, и Марк тщательно подчеркивает это своим поведением. Не дает мне забыться, вовремя возвращая с небес на землю. Чтобы я не принимала этот волшебный день за что-то другое, чем наше совместное времяпрепровождение не является и никогда не будет.

Смотрю на него через всю комнату, и в моих глазах начищенный до блеска металл, натуральное дерево и дорогой текстиль блекнут в сравнении с ним.

Место Марка Бестужева здесь, я чувствую это кожей на уровне инстинктов. Не в том пустом, полуобжитом и сыром доме, который он, вероятно, вовсе не снимает, как я могла подумать. Шлюхи ведь падки на деньги. Приведи он их в отель, где вышколенный персонал выстраивается перед ним на задних лапках, они бы не отстали от него так быстро.

Смотрю на его профиль и вспоминаю, как целовала его сегодня на пляже его, пока он лежал на спине. Касалась губами ровного лба, закрытых глаз, острых скул. Хищного острого носа. И последними были губы. Как он мог так измениться всего лишь за один день? И почему я совсем не хочу целовать его сейчас?

— Спасибо за вечер, — ставлю бокал на поднос и иду к двери.

Неужели он меня не остановит? Неужели вот так все и кончится?

— Почему ты уходишь, Вера?

Замираю у двери, уже коснувшись ладонью ручки.

— Разве это не то, чего ты добиваешься? — глухо спрашиваю, не оборачиваясь.

— Нет.

— Тогда зачем ты привел меня сюда?

Пересек комнату и коснулся моей руки.

— Не уходи, Вера.

— Ты изменился здесь. Почему?

— Ты здесь не причем.

— А кто причем?

Слышу, как Марк отвечает глухим надтреснутым голосом:

— Мое прошлое.

ГЛАВА 38

Марк

Я не был в этом отеле со дня собственной свадьбы.