Идеальный мерзавец

Я был готов сдаться ее желаниям уже сейчас, но Вера с видом первооткрывателя двигала рукой, глядя на то, как собирается и расходится крайняя плоть от ее движений, а потом лизнула головку.

Я зашипел сквозь зубы.

Она тут же испуганно отпрянула:

— Больно?

— Верни руки обратно! — гаркнул я и добавил тише: — Нет, не больно. Очень… — Она сделала так еще раз и я, запнувшись, выдохнул: — очень приятно.

Она довольно улыбнулась, пробежалась пальцами по уздечке и повторила тоже самое кончиком языка, в довершение ко всему вобрав головку в рот.

Что она хотела? А чего добивался я? О, Господи, пусть делает со мной, что хочет, только бы никогда не останавливалась.

Коснулся ее ладоней, показывая, что двигать ими можно сильнее и почти без опаски. Ни разу не глубокая глотка, конечно, но даже от простых движений ее порхающего языка меня потряхивало, как от ударов тока. Да как так-то?

А еще от изгиба спины и вида голой попки, в которую упирались пятки. От ее выпирающих лопаток. От того, как пахла она после моря, солнца и секса, и как я сам пропах этой женщиной.

Коснулся ее затылка, собрав короткие волосы в кулак. Немного надавил, чтобы она вобрала в рот больше, но без фанатизма. Вера и так мигом напряглась.

— Дыши носом.

Она в ответ так засопела, что пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы не захохотать. Правда, сразу после стало совсем не до смеха: Вера втянула щеки, плотно обхватив член, и одновременно с этим рукой сжала яйца.

Мать вашу, да я так даже кончу!

— Иди ко мне. Ты умеешь уговаривать.

Вера улыбнулась чуть припухшими губами, не поверила этой лести, вероятно, снова посчитав себя неумехой. В чем-то она права, конечно, но кое-что ей удалось в разы лучше, чем прожженным профессионалкам.

Она внимательно следила за тем, как я надорвал упаковку зубами, а после раскатал латекс по всей длине.

— Повернись спиной ко мне, — я провел пальцами по позвоночнику, останавливаясь на ямочках на пояснице. — Доверься, больно не будет.

Вера встала коленями на кресло, спиной ко мне, а руками схватилась за водительское и пассажирское. Нет, все-таки почему в машине? Не делал этого еще на парковке прямо перед пустым и готовым предоставить любую поверхность домом.

Мысли испарились, стоило провести между ее ног членом. Вера задрожала мелкой дрожью. Я положил руки на ее талию и надавил большими пальцами на ямочки на пояснице, насаживая на себя. Она медленно опустилась, исторгнув стон, от которого крышу снесло нахрен.

— Так ведь тоже хорошо? — прошептал я, подцепив ее купальник и обхватывая пальцами грудь.

Она кивнула, осторожно приподнимаясь, чтобы опуститься заново. Я пока сдерживался, наслаждаясь видом сзади: ровной узкой спиной, напряженными мышцами, сведенными лопатками и, конечно, ямочками на пояснице.