Идеальный мерзавец

Зачем так носиться с собственной свободой, спросите вы? После своей незабываемой свадебной церемонии я знал, как минимум, несколько ответов на этот вопрос. И твердо верил в их истинность.

Но теперь, когда я сижу на берегу и гляжу на море, которое искрит до рези в глазах, я не могу вспомнить ни один разумный аргумент в пользу того, почему одиноким волком быть все-таки лучше.

Как хитро устроена человеческая память. И как однообразно устроен мужской организм.

В золотистых волнах мелькает Вера. Она взвизгнула, когда волна брызгами обдала ей бедра, и задержала дыхание, когда прохладная вода коснулась талии.

Будь Вера первой такой женщиной на моем пути, я был бы рад верить в обманчивую мысль, что как только пересплю с ней, она сразу же станет мне неинтересна.

Но это не так.

Я знаю, о чем говорю.

Фактически, я уже дважды переспал с ней. И если начну утверждать, что петтинг еще не значит секс, то не верьте. Я вру, потому что переспать с ней по-настоящему, почувствовать ее под собой и себя в ней, — моя навязчивая идея.

Вам придется смириться с моим цинизмом. Человек, который повидал оборотную медаль верности, не может витать в облаках, если только он не полный дурак.

Может быть, вы другого мнения, но я себя дураком не считаю, а еще я всегда честен. Хотя бы с самим собой. И знаю, что вчера, продрогший на ступенях ее дома и сегодня и на этом пляже я выбросил свой белый флаг перед Верой, хотя сама она еще не знает этого."

"Проблема только в том, что между Марком, который несколько лет назад танцевал с любимой женщиной в новогоднюю ночь, и тем Марком, что сидит на пляже, обдавая мир перегаром, пролегла огромная пропасть. И в этой темной дыре очень давно исчезли осколки моего растоптанного сердца, как бы пафосно это не звучало.

И я знаю, что их оттуда уже никак не достать и тем более не склеить.

Не нужно напоминать мне, что Вера не такая. Между ней и такими, как Марианна, тоже пролегает огромная, с Гранд-Каньон, пропасть. Вот только я — тоже там, вместе с Марьяной с другой стороны. И мы там все свято верим в то, что блядство — это забавно и щекочет нервы.

Что мы с Верой из разных миров, я и без вас понял в первый же миг, когда посмотрел в ее испуганные темные глаза на паспортном контроле.

Веру очень легко можно представить в белом платье, и эти искры на спокойном море вокруг нее как никогда напоминают бриллиантовую крошку. Или пайетки? Бисер? В общем, вся эта блестящая мишура, столь любимая женщинами.

Я же могу только слюни пускать, сидя на берегу и глядя, как волны ласкают ее тело. Почему?

Вы уже забыли, кто предложил ей перепихнуться в туалете, из которого только-только выбежала Марианна? Кто отправился трахать ту же Марианну после нежных поцелуев на ночном берегу?

То-то же. Не стройте иллюзий. Как их не строю я.