Идеальный мерзавец

Веру я вижу вполоборота, и хотя знаю ее без малого неделю, мне достаточно одного взгляда, чтобы понять, что Вера не понимает ни что происходит, ни даже, где она находится.

Затравленным взглядом Вера оглядывает толпу, словно в поисках пути отступления, но зеваки обступили их в поисках зрелищ, ведь покормили их всех еще в самолете. И так просто они не уйдут.

Я догадываюсь, что Вера не сторонник вот таких вот шоу. И что вообще-то она собиралась прилететь и порвать с ним, а попала на собственную помолвку. И теперь теще или матери не объяснить при всех, что все прошедшие пять дней она испытывала множественные оргазмы в руках другого мужчины, потому что этот, на коленях и с кольцом, свой шанс уже про… пустил.

Тут бы мне выйти, прижать ее к себе и сказать: «Выкуси, Юра, она моя».

Но в этот момент толпу позади меня распихивают разъяренные работники аэропорта, и в считанные секунды мне выворачивают руки. Удар под колени, и я падаю на пол.

— Все в порядке! Все в порядке! — слышу я сквозь нарастающий шум в ушах.

Меня оттаскивают раньше, чем в толпе успевают понять, что происходит. Никому не нужна лишняя паника.

Из расквашенного о пол носа — случайно, разумеется, так вышло, — идет кровь. Глаза слезятся от острой боли, но я каким-то чудом все равно вижу, как этот мудак поднимается с одного колена и надевает ей на палец кольцо. Обнимает мою Веру за плечи и неловко целует в щеку.

Толпа радуется.

Передо мной захлопываются двери служебного помещения. Я вижу перекошенное лицо работника службы безопасности.

— А ведь я тебя знаю, мудак, — говорит он, вглядываясь в мое лицо. — Вот так встреча.

Карма, бессердечная ты сука.

Меня заводят в угол, где, разумеется, нет никаких камер.

— Что у тебя, Олег?

— Мудак, который трахнул мою невесту!

Второй таможенник замирает, потом кивает и отворачивается.

— У тебя пять минут, потом я его забираю.

Мне по ребрам прилетает еще один случайный, разумеется, удар.

Но я ровным счетом ничего не чувствую.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ГЛАВА 43

Марк

Я шел по обочине трассы, а позади меня тащился, как привязанный, черный автомобиль."

"Мне нужно было подумать, хотя идти было больно: ребра после ударов ногой горели, а сломанный нос опух. Но меня выпустили, не сдали полиции, хотя поначалу и не хотели брать взятку, чтобы решить конфликт полюбовно.

Но взяли. Все берут, и никто не исключение. Зависит только от суммы. Если захочу разориться в рекордно короткие сроки, достаточно еще пару раз пробежаться по взлетно-посадочной полосе.

Я с отвращением вдыхал загазованный воздух и чувствовал, как липкий холодный туман пробирается под тонкую одежду, которая была неуместна на материке в разгар осени.