Идеальный любовник

Я не собиралась больше возвращаться в Замок Лжи после того, как Шон бросил меня в Англии. Мы же договорились с тобой, что, если О'Тул когда-нибудь обидит меня, я приду к тебе. Когда ты соберешься уезжать, я отправлюсь с тобой.

— Напрасные усилия, Эмерелд. Он придет за тобой.

— Мама, граф Килдэрский может быть воплощением власти, но я сама выберу, оставаться мне или уезжать. Это мой свободный выбор, а не его. И иначе не будет.

На другом краю бухты похожая на тень фигура застыла на месте, разглядывая двух женщин, поглощенных разговором. Уильям Монтегью с трудом мог поверить своим глазам, его словно пригвоздили к палубе «Чайки». Здесь, посреди Дублинской бухты, его красавица жена на борту его любимого корабля — «Ласточки». Он облизал ставшие вдруг сухими губы. Скоро, поклялся Уильям самому себе, он вернет их обеих, даже если ему придется уничтожить Замок Лжи вместе со всеми его обитателями.

Глава 36"

"Стоило одному из братьев Мерфи бросить якорь в родном порту Грейстоунса, и не оставалось сомнений, что через день появится второй. Фитцжеральды шутили, что у братцев Мерфи магнит в заднице. Поэтому, когда прибыл Пэт Мерфи, ставший теперь капитаном «Серы-2», Шон О'Тул ждал, что скоро объявится и Тим.

И точно, на следующий день «Цапля», переименованная в «Дельфина», вошла в родную гавань. Шон и Пэдди провели большую часть дня с братьями Мерфи, проверяя грузы, декларации и коносаменты[21] на товары, импортируемые ими из Испании и Марокко.

Когда они завершили работу, Тим Мерфи отозвал Шона в сторону, чтобы сказать ему пару слов наедине.

— Боуэрс говорит, что заметил корабль Монтегью сегодня утром, когда мы выходили из Дублинской бухты. Сам-то я не видел, но Боуэрс клянется, что это он.

Лоб Шона между черными бровями прорезала складка, как только он услышал неприятные новости.

— Отправляйся на кухню, Тим. Мы поговорим с Шеймусом.

Эмбер, собравшаяся уезжать на следующий день, уже упаковала свои вещи, и Джонни относил сундуки вниз. Шон с посуровевшим лицом ворвался в дом и оторвал Джонни от его занятия. Когда мистер Берк по просьбе Шона привез Шеймуса на кухню, Эмерелд встревожилась, почувствовав, что в воздухе витает опасность.

— Господи, как же я ненавижу, когда они что-то затевают, — рассердилась она.

Мать постаралась успокоить ее раздражение и страхи:

— Мужчины просто говорят о делах. Шон не хотел ничего скрывать.

— Ты плохо его знаешь. Как только что-то случается, они смыкают ряды, чтобы женщины оставались в неведении.

— Эмерелд, ты делаешь слишком поспешные выводы.

— Да неужели? Мне достаточно только взглянуть Шону в лицо, и оно скажет мне все, что нужно. То, что он позвал Джонни, только подтверждает это. О'Тул снова жаждет мести! У него словно мания в крови.