Идеальный любовник

Когда ты разделил мою судьбу, я поклялся, что ты никогда об этом не пожалеешь. — Шон протянул ему конверт. — Это закладная на дом на Портмен-сквер. Он твой, а не мой. Ты это заработал. — Губы Шона иронически дрогнули. — Я, правда, думал, что другой наградой станет Нэн Фитцжеральд.

— Я не смог удержаться, — объяснил Джонни.

— Ну что же, ты отлично помог самому себе! — И мужчины рассмеялись.

Шон понял, что, прежде чем подняться наверх, он должен сделать нечто такое, что нельзя больше откладывать. Завернувшись в свой черный плащ, он прошел в домовую церковь. О'Тул не стал просить прощения за то, что сделал. Он бы не стал заказывать музыку, если бы не собирался за нее платить. Но он должен поблагодарить Господа за своих детей. Шон готов был умереть за них и смиренно просил, ради Эмерелд, сохранить жизнь Кэтлин.

Глава 35

Всю следующую неделю каждый день после полудня Шон выносил Эмерелд на каменную террасу, чтобы та могла погреться на весеннем солнышке. Малыши лежали в старомодной детской колыбели, стоявшей прямо за высокими французскими окнами, так что Кейт и две молодые няньки услышали бы даже легкое хныканье.

Уже вставшая на ноги Нэн выносила своего сына на улицу и присоединялась к ним. У нее было много молока, и иногда она кормила не только своего малыша, но и сына Эмерелд.

— Нэн, я так тебе благодарна.

— Ерунда. У меня столько молока, что даже грудь болит.

— Нет, нет, я говорю о Джонни. Я никогда не видела его таким счастливым. Он кажется совсем другим сейчас, и все это благодаря тебе.

— Он любит всех Фитцжеральдов, и они платят ему тем же. Джонни, кажется, действительно нравится быть частью большой семьи.

— Мой брат всегда нуждался в семье, которую он мог бы любить. Теперь она у него есть.

— Шон тоже совершенно переменился. Я и подумать не могла, что он станет таким преданным отцом, — заметила Нэн. — Вчера вечером он укачивал их обоих, по одному на каждой руке.

— Он принадлежит к тому типу мужчин, которые ценят только то, что рискуют потерять, — спокойно отозвалась Эмерелд.

— Шон очень тебя любит, Эмерелд.

— Да, я знаю об этом. — «Но иногда одной любви недостаточно», — закончила она про себя.

День начал склоняться к вечеру, когда на террасе появился Шон.

— Ты отправил письмо моей матери?

— Да, любовь моя. Я пригласил ее провести у нас месяц, если Эмбер смирится с тем, что ее станут называть бабушкой.

— Я должна уже нормально ходить к тому времени, как она сюда доберется.

— Что ж, сегодня как раз тот день, которого ты ждала. Ты уверена, что готова? — Поднимая Эмерелд с кресла, Шон нежно коснулся губами ее лба.

— Никогда не чувствовала себя такой уверенной.

— Я буду скучать о тех днях, когда носил тебя на руках, — прошептал О'Тул.