Идеальный ис-ход (ЛП)

Не подойдешь ко мне на секунду?

Я чувствую, как она расхаживает по кухне в одной моей футболке и скользит рукой по моей обнаженной талии, прижимаясь щекой к моему плечу, чтобы дать мне знать, что она рядом.

— Что ты думаешь об этих кроссовках? — спрашиваю я, кивая в сторону ноутбука, где на экране появляется дизайн будущих кроссовок.

— Мне… они нравятся.

— Ты ужасная лгунья.

— Извини меня, но я успешно лгала твоему боссу в течение нескольких месяцев.

— И сколько из этого было ложью?

Она игриво шлепает меня по заднице.

— Заткнись.

Я снова киваю в сторону экрана компьютера.

— Они немного скучноваты, — честно признается она. — Думаю, им не помешал бы какой-нибудь цвет.

Я не могу не улыбнуться. Я знал, что моей умной девочке не понравятся черно-белые кроссовки.

— Конечно. Какой именно цвет?

Она задумчиво вытягивает шею.

— Может быть, красный, как цвета твоей команды.

— Или синий?

— Почему синий? В красном больше смысла, чем в синем.

Поворачивая голову, я касаюсь губами ее макушки.

— Потому что синий цвет быстро становится моим любимым.

— Каждый может, — она пожимает плечами, явно не улавливая сути. — Все равно все будет выглядеть красиво.

Она наклоняется, запечатлевая единственный поцелуй на моем предплечье, прежде чем оставить меня у плиты.

Я останавливаю ее, обхватив сильной рукой за талию, снова поворачивая ее к себе. Мы обмениваемся взглядами, потому что, хотя мы завтракали вместе на этой кухне бесчисленное количество раз, сегодня все по-другому, и мы оба это знаем.

Желая убедиться, что то, что произошло прошлой ночью, продолжается и за пределами спальни, я запускаю пальцы в ее золотистые волосы, дергая, чтобы откинуть ее голову назад.

— Доброе утро, — прохрипел я, прежде чем прижаться губами к ее, ощущая вкус зубной пасты на ее языке.

Пьяная от чувств, она прижимается ко мне.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я хотела, чтобы ты поцеловал меня за завтраком.

Поэтому я целую ее снова и снова, пока овощные омлеты, которые я жарю, не будут готовы.

Она достает из холодильника кофе и добавляет в него ужасно сладкие сливки.

— Может, забота тоже могла бы стать твоим языком любви. Каждое утро ты следишь за тем, чтобы мой кофе был холодным, чтобы он не разбавлялся водой, когда я добавляю лед. Я всегда это замечала, — она смотрит на меня, склонив голову набок, и тихо говорит: — Спасибо.

Может быть, она права. Может быть, это мой язык любви, потому что я мог бы легко купить холодный кофе, но мне нравится видеть ее улыбку, когда она достает свою чашку и понимает, что я приготовил ее для нее.

В какой-то момент мне, вероятно, следует сказать ей, что мой язык любви — тот, на котором она хочет говорить, чтобы перестать гадать.