Идеальный грешник

И хорошо, что полы пиджака скрывали эту реакцию, иначе вышел бы конфуз

— Нет, не школьница, — продолжала улыбаться девчонка, не замечая, что происходит с собеседниками. — Мне уже двадцать один!

— Исполнится через две недели, — раздался негромкий голос Тарновского-старшего, — Привет, малышка.

— Карл! — обрадовалась девчонка и тут же влетела в приветливо распахнутые объятия отца Марселя и Мирослава

Марсу пришлось шагнуть назад. Странно все, если уж откровенно. Эта девчонка, Жасмин, не может ведь не замечать, как действует на окружающих ее мужиков. Выходит, делает все это намеренно.

Вон, сурового бизнесмена Тарновского за секунду превратила в тряпку. А про Мира и говорить нечего.

И Марса взяла дикая злость. Вспорола грудную клетку ядом. А если учесть, что в сознание без спроса лезли слишком уж откровенные картинки, в которых гибкое тело Жасмин оказалось распластанным под его, Марселя, мускулатурой, то злость была приправлена изрядной долей ревности. Необъяснимой, беспочвенной и абсолютно непривычной для Марса."

"А девчонка о чем-то щебетала. Агата мило улыбалась. Отец уже не хмурился, а слушал тот бред, что несла Жасмин. Еще и Мирослав, к роже которого намертво приклеилось идиотское выражение полного обожания, бесил. Так и хотелось влепить брату либо по морде, либо по ребрам.

Марсель понял, что срочно нужно отвлечься. Срочно! Жизненно необходимо. Иначе он совершит тупую и непростительную глупость.

Пришлось отвести взгляд от картинки под названием «Идеальная семейка». И тут же глаз зацепился за смутно знакомое женское лицо. Марс не вспомнил бы, как звать дамочку. Но мог бы поклясться, что она побывала в его койке.

По крайней мере, недовольства в глазах гостьи он не заметил, когда многозначительно кивнул на первую же запертую дверь.

Девушка изогнула бровь, улыбнулась шире, откровенно и призывно. Еще и словно невзначай, медленно провела кончиками пальцев по слишком уж откровенному вырезу на груди.

Марс усмехнулся. По его подсчетам вся эта мишура с фото на крыльце, рассаживанием по тачкам, выпивкой и прочим продлится минут десять-пятнадцать. Маловато, кончено, но успеть сбросить скопившееся напряжение можно.

Марсель развернулся и пошел к той самой двери, за которой уже скрылась дамочка. И черт его дернул обернуться, уже оказавшись на пороге!

Просто показалось, будто кто-то сверлит затылок взглядом. Он было решил, что брат или отец. Но нет, на него смотрела Жасмин. Смотрела пристально и недовольно.

Марсель широко улыбнулся самой своей раздолбайской улыбкой. Так, чтобы даже эта сопливая девчонка поняла, он — не Мирослав и не отец, которые уже рухнули к ногам этой красотки, сраженные ее кукольной внешностью и мелодичным смехом.

Он - совсем другой.