Мой идеальный смерч. Дилогия

Дети – Петя и Денис испуганно застыли на пороге гостиной, не понимая, что случилось. Накричавшись всласть, женщина попыталась вновь ударить не знающую, что делать, Леру.

– Не трогайте маму! – смело бросился Денис на защиту той, кого искренне считал второй матерью. – Бабушка, не трогайте маму Леру!

То, что мальчик называет «проклятую девку» мамой еще больше взбесило женщину. У нее от злости затряслись руки, и весь свой гнев она направила на ребенка.

– Ах ты, маленькая тварь! Другую маму уже нашел! Такой же, как и все эти уроды Смерчинские! А ведь это ты, это ты виноват! – уже в истерике, не контролируя себя, закричала она.

– Мама, – одернул ее один из сыновей. – Мама, ну не при ребенке же…

– Пусть знает! Эй, маленький Смерчинский! Маленький волчонок! Из-за тебя моя дочка умерла!

Синие-синие глаза Дениса тут же стали темными – от переполнивших их слез. Губы его скривились, и он заплакал.

– Что вы несете? – начала несмело Лера и взяла Дениса за трясущиеся плечи. – Прекра…

Но Эвелина Николаевна перебила ее воистину диким озлобленными воплями, в которых явно слышалась горечь от того, что ее дочери любимой и такой молодой и красивой, больше нет на свете!

– Убийца! Убил свою мать! Ненавижу тебя! И твоего папочку! И деда проклятого! И эту Nзапрещено цензуройN!

– Не кричите на моего брата, – насупившись, сказал Петр, заступаясь за Дениса. Он был на 2 года старше и чувствовал ответственность за глупого братишку, которого порою просто терпеть не мог. – Не кричите на него, он еще маленький.

– О, еще один из клана Смерчинских! – всплеснула руками пьяная женщина. – Еще один маленький ублюдок! А ты-то свою мать не убил? Нет?

Денис заплакал в голос, Петя взял брата за руку и исподлобья уставился на злую тетку. Ему тоже было очень страшно.

– Перестаньте! – взмолилась Лера, загораживая детей. – Уходите!

– Моя дочка бросилась под машину, чтобы спасти этого гаденыша! Умерла, а он выжил! А он теперь матерью любовницу Nзапрещено цензуройN Олежки называет! Неблагодарный! Ты, – вдруг рванула на себе жемчужные бусы Эвелина, глядя расширенными от гнева глазами на Дениса, – ты, запомни, убийцы, даже такие детки, как ты, не живут счастливо!

Черные матовые шарики с мелодичным перезвоном, словно разговаривая между собой, попадали на пол и подкатились к ногам ревущего мальчика.

В это время в квартиру, дверь которой так и оставалась открытой, зашел Даниил Юрьевич. Он с порога услышал крики Эвелины Николаевны и мигом оценил ситуацию.

– Маленький убийца! – продолжала она, не замечая, что ее бусы порвались.

– Что тут происходит? Ты что несешь? – закричал мужчина, забыв о вежливости и закрывая плачущему навзрыд внуку уши руками. – Дура! Убирайся отсюда! Убирайся!

– О, еще один Смерчинский. Главная крыса.