Мой идеальный смерч. Дилогия

Лиде погибших было безумно жалко – счастливые люди летели на море, и тут такое… Чтобы не получать лишнюю долю негатива, она выключила телевизор и рухнула на диван. Ей сразу же вспомнился кожаный диван в кабинете Петре, и сам он в опасной близости от нее, глядящий немигающим взглядом прямо в глаза. Когда он наклонился к девушке, она вдруг подумала, что у него очень мило расстегнут ворот рубашки и это придает ему какой-то шарм. Ей захотелось тогда коснуться кончиками пальцев его шеи, но она сдержала себя. Следующим ее порывом стало желание прижаться к парню, спрятать голову у него на груди и почувствовать, что его руки обнимают ее вновь, но она просто сказала Петру, что он красивый и добрый. Сказала искренне. А он, кажется, изумился.

Жаль, что он, кажется, совсем и не добрый. И хорошо, что она никогда не встретиться с ним. Город большой, а в клуб «Алигьери» Лида больше никогда не пойдет. К тому же – от этой мысли девушка вдруг захихикала – он ниже ее ростом, и это очень забавно. А еще он так мило злился, когда Евгений что-то там говорил по этому поводу.

Она перевернулась на живот и обняла большую диванную подушку. Когда-то так она обнимала Женю, а он…

– Все! Стоп. Хватит о нем думать, не будь слабохарактерной, – приказала сама себе Лида вслух. – Этот подонок не заслуживает мыслей о тебе.

И девушка самым решительным образом попыталась вытолкнуть образ проклятого бывшего из головы. И незаметно уснула под стук по-осеннему меланхоличного дождя. А проснулась неожиданно, от настойчивого звонка в дверь.

«Девчонки что-то забыли?», – подумала она, поднимаясь с дивана. Взгляд тут же упал на Машкину зеленую кофту с длинными рукавами.

«Точно, Бурундукова за кофтой вернулась», – подумала сонная Лида и, зевая, как крокодил, открыла дверь, даже не спрашивая, кто там. А сделано это было зря. За дверью стоял тот, кого Лида не желала больше встречать. Не кто иной, как сам Петр.

– Добрый день, – сказал он ей, светски улыбнувшись. – Ты одна?

Лидия растеряно поглядела на свой то ли кошмар, то ли прозрачную еще мечту и поняла, что ей сейчас станет плохо.

«Как он узнал? Зачем он меня нашел? Что ему надо?!», – лихорадочным потоком стали проноситься в голове мысли одна неприятнее другой.

– Удивлена? – спросил черноволосый молодой человек в очках. – Пригласишь меня к себе?"

"– А, да, конечно, проходи, – медленно, едва ли не по слогам произнесла хозяйка квартиры, ошеломленная визитом Петра. Однако она старалась не показывать того, что чувствовала на самом деле. Даже задрожавшие, как ей показалось, пальцы рук спрятала в карманах халатика. Он же, ничуть не смущаясь, прошел в зал, сел на кресло, закинув ногу на ногу и уставился на девушку. Очень изучающее.

– А что, собственно, случилось? – села на соседнее кресло она.