Мой идеальный смерч. Дилогия

Непривычно, когда их стало на треть меньше. Или даже больше, чем на треть.

– Кру-у-ууто, – протянул молодой человек. Остальные заулыбались и закивали согласно. Кое-кто особенно умный попросил меня с ним сфотаться. А Дмитрий встал со ступенек и, подняв бровь, подошел ко мне.

– Чего? – спросила я. – Эй, Чаща, мне идет? Я вчера к подруге в салон красоты заходила.

Вместо ответа он, все так же подозрительно глядя на меня, протянул руку с закатанным рукавом расстегнутой рубашки, под которой виднелась черная майка, и коснулся кончиков моих волос.

– Чаща, ты заставляешь меня бояться. Ну, мне идет?

– Ты что с собой сделала, сумасшедшая? – оглядел меня еще одним нехорошим взглядом Димка и как закричал. – Бурундукова, немедленно перекрасься!

– А что? – спросила я и захохотала. Зато я опять индивидуальность, и Князь похожа не на меня, а на старую меня. Если хватит смелости – пусть сделает то же самое. Черт, а ведь она меня еще вчера по Инету доставала – все писала, вроде как ненавязчиво, интересовалась, что я люблю: какие фильмы, музыку, книги. Я с трудом общалась ней, предвкушая ее удивление.

– Да так, ничего. – Рассерженно произнес Дима, отходя на пару шагов. – Дура ты, испортила себе волосы! Бурундуковая, ты как… от тебя не знаешь, что ожидать можно!

– Не нравиться? – я ничуть не расстроилась.

– Нет, госпожа Апельсин.

– Господин Идиот. Нос то не болит больше?"

"– Вчера по телефону ты задала мне этот вопрос раз двести. – Отрывисто отозвался парень, не отрывая глаз то от моих волос, то от лица. Черные глаза почему-то были злы, словно я совершила преступление. – И все двести раз я говорил, что со мной все в порядке. И да, – предупреждая мой следующий, уже традиционный вопрос, заявил он, – я не злюсь на тебя за вчерашнее! Но сегодня ты… Машка, вот ты дура. Зачем тебе это?

– Князева, – коротко, но с достоинством отвечала я ему. К нам подоспели другие одногруппники и пришлось вливаться в компанию.

Следом подоспели кузины. Да, и они были удивлены сменой моего имиджа, и хотя я предупреждала их вчера, что подстриглась и покрасилась, их удивление от этого меньше не стало.

– Ни фига себе! – оглядела меня Маринка. – Доченька, ты что, неформалом заделалась?

– Нет. Я просто хочу быть яркой. – Надулась я.

– Поверь, это у тебя и без краски на голове получается, – отозвалась Лида, – тебе, Мари, только рот стоить открыть и все, пошло-поехало.

– Мне хоть идет?

– Классно, – проговорила с большим сомнением консервативная, но в меру дипломатичная подруга. – Но сарафан красив. И тебе идет.

– Мама заставила надеть, – призналась я.

– Она все пытается сделать из тебя девочку? Что она тебе сказала? Из дома не выгнала? – поинтересовались подружки, хихикая.

– Не-а. – Помотала я весело головой.