Мой идеальный смерч. Дилогия

Этой же ладонью девушка хотела как следует отхлестать парня по щекам, но вместо этого мило улыбнулась ему и сказала с ядовитой улыбочкой:

– Прости, Жень, я рада за тебя, но мы не сможем встречаться. Я нашла себе нового парня, и… сам понимаешь. Я стараюсь быть верной девочкой. По крайней мере, теперь. В общем, я хотела сказать тебе, но все боялась сделать это: у меня есть другой.

О да, Евгений удивился, еще как, кажется, даже обозлился, с грохотом поставил чашку с кофе на стол и волком уставился на Лидию.

– Что ты сказала?

– Повторить? Прости, я не хотела делать тебе… больно. Не хотела говорить. – Сквозь зубы произнесла Лида. – Но сегодня ты дал повод для расставания. И я рада, что все прояснилось.

За эти десять минут, что они пробыли вместе, внезапно став из близких людей совсем чужими, он возмущался и даже кричал куда больше, чем Лида. Та, по большей части, молчала, пила сок через длинную трубочку и орала на парня только про себя.

Напоследок темноволосая девушка достала деньги, куда больше, чем нужно было, чтобы расплатиться за сок, и аккуратно положила их около локтя разгневанного Жени со словами и насмешливо-извиняющейся улыбкой на губах:

– Милый, мне мой новый парень не разрешает пользоваться благосклонностями других мужчин. Я сама заплачу за свой сок. Сдачи не надо.

– Лида, стой!

– Прощай.

И она вышла из ресторана, довольная тем, что сумела не унизиться перед бывшим парнем и не заплакать перед ним. Все же актрисой Лида была неплохой, и разыграла почти что отличный спектакль. Почти что – потому что на самом деле ей было больно, страшно и плохо, а никакого другого парня, не разрешающего ей «пользоваться благосклонностями других мужчин», около Лиды не было.

Девушка машинально села в автобус, мечтая оказаться дома и дать волю эмоциям – тщательно скрываемым, но по-плутониански яркими (Машка всегда говорила, что Плутон – планета сильных глубинных эмоций и не всегда положительных, а часто разрушительных) вновь привез Лиду к стенам родного университета, она поняла, что перепутала маршруты. Раньше с ней такого не случалось.

Лида вышла из автобуса, пару минут постояла в задумчивости, и только потом неспешно двинулась не в сторону университета, и находившихся там подруг, а в сторону парка, расположенного около него. Ей хотелось побыть в одиночестве, там, где не будет людей,

Она медленно, меланхолично стуча каблуками по асфальтированной дороге, двинулась вперед, не замечая ничего и никакого. Ее целью были самые далекие лавочки, притаившиеся за шикарными изумрудными кустами. Там ее точно никто не заметит.

Лучше бы тот парень с фиолетовой тачкой действительно сбил ее.

– И что бы тогда изменилось? – сама у себя мысленно спросила Лида. – Женька все равно женился бы. И только бы я мучалась. Вот козел.