Идеальный вальс

Слава Богу.

– Это всего лишь ночной кошмар, милая. Ты в безопасности, в своей постели, вне дедушкиной досягаемости. – Фейт пригладила спутанные волосы Хоуп, убрав их с ее влажного лба.

Хоуп, все еще частично находившаяся во власти своего кошмара, ошеломленно моргала. Ее сестра потянулась к ней, взяла за левую руку и показала ее Хоуп.

– Видишь? Нет никаких веревок. Никаких следов. Теперь все это позади. – Она обняла ее.

Хоуп сделала несколько глубоких, дрожащих вдохов и потерла свое левое запястье, словно шрамы от веревки все еще были там.

– Прости меня, сестренка, – хрипло извинилась она.

– Ничего, – почти бодро ответила ее добрая близняшка. – Ты думаешь, я не знаю, о чем эти сны? Как часто ты получала наказание, предназначенное мне? – В ее глазах стояли слезы. – Мне только жаль, что я не могу забрать у тебя твои ночные кошмары.

Хоуп слабо улыбнулась и обняла Фейт.

– Не волнуйся, сестренка. У тебя имеются свои собственные кошмары, я знаю. Они есть у нас всех. Таково наследство дедушки.

Ей припомнилась другая ночь и слова, что сестра произнесла тогда:

Так вот что породило ночной кошмар? Неужели, действительно в глубине души он напоминает ей дедушку? Был ли кошмар предупреждением?

Она думала об этом. Себастьян Рейн не похож на дедушку, он не такой. Она уверена, что он не такой.

Уставший, Себастьян свернул на дорогу, ведущую к его дому. В окнах был виден свет. Он промок насквозь, перепачкался и совершенно обессилел. Он скакал почти без остановок в течение последних двадцати двух часов. Он потерял счет лошадям, которых пришлось сменить в пути. Он спешился, потрясающе быстро для его сведенных судорогами мускул.

Парадная дверь резко открылась прежде, чем он успел сделать пару шагов. Дворецкий поспешил навстречу Себастьяну:

– Все в порядке, сэр, девочки нашлись!

Себастьян споткнулся на ходу.

– Мистер Блэк, он нашел их, целыми и невредимыми!

Себастьян уставился на дворецкого, почти неспособный взять в толк его слова. Он посмотрел вверх. Там, в дверях, позади дворецкого, стоял Мортон Блэк, а за ним виднелась Касси, одновременно воинственная и смущенная, одной рукой она обнимала Дори. Дори же выглядела как обычно: наивной, настороженной и замкнутой.

На Себастьяна нахлынуло облегчение.

– Слава Богу! – Он быстро подбежал к девочкам и заключил их в объятия. Они вздрогнули и отстранились. Себастьян замер. От облегчения, видя их дома, он совершенно забылся.

Страдая и сердясь на себя за то, что переступил границу, установленную девочками, он провел изуродованной рукой по небритому подбородку.

– Простите. Я забыл, что я совершенно мокрый и грязный. Должно быть, я сейчас похож на медведя.

Они ничего не ответили.