Идеальные разведенные

Я ожидала, что после произошедшего в ресторане Игнатов возникнет в поле действия моего радара уже на следующий день, но, как не странно, бывший муж, нагадив, ушел в подполье.

Я запретила себе мысленно возвращаться в тот вечер и прокручивать в голове каждое леоновское слово. Потому что его гнусное поведение и нелицеприятные слова уж больно напоминают банальную ревность, и если я в это поверю, то определенно усложню себе существование, и без того неопределенное и зыбкое.

Егор несколько раз присылал сообщения, интересовался моим самочувствием, но я подозреваю, что делал он это ради уважения, просто он так воспитан.

Сейчас Егор в Лондоне, мне об этом сказала Яна.

Жалею о наших увлекательных разговорах, скучаю по его рассказам и шуткам, грущу о потерянном друге. Сейчас я отчетливо понимаю, что больше, чем дружбу я бы не смогла ему предложить.

Потому что не готова…

Всё было хорошо, приятно, волнительно, трепетно, но сердце не отзывалось…

Разглядываю экран и не тороплюсь брать трубку.

Голос его слышать не хочу… потому что… обиделась…

Телефон надрывно орет, сбрасываю вызов и ставлю режим «без звука».

Кладу в сторону, но так, чтобы видеть.

Леон еще пару раз пытается вызвонить меня, а потом на экране подсвечивается входящее сообщение.

С любопытством хватаю телефон и читаю:

Я даже не успеваю прочувствовать эти два слова, как пулей вылетаю из студии, на ходу набирая Игнатова.

— Неужели!? — саркастично отвечает Леон, — а я думаю, что должно случиться, чтобы ты взяла трубку.

Не собираюсь вести с ним этот бесполезный диалог, когда моя лучшая подруга рожает!

— Выезжаю, — коротко констатирую я.

— Я уже здесь. Сдерживаю Макса, — хохотнув, произносит Игнатов, — он уже успел послать врача и переругаться с половиной персонала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Закатываю глаза.

Вот совсем не удивлена!

Бедная Сашка, как она справляется с его неуемным пылом?!

Сбрасываю вызов, прыгаю в машину и несусь в Областной перинатальный центр. Дорога мне до боли известна, потому что девять лет назад подруга рожала здесь Никитку, а потом я долгое время была частым гостем этого центра, только не родового отделения, а планирования семьи.

Чувствую, в глазах снова становится мокро, щиплет нос и в горле образуется вязкий ком.

Мне опять хочется разреветься!

Я настолько смирилась с темой своего неудачного материнства, что, кажется, у меня и слез-то не должно быть, за долгие безуспешные годы попыток забеременеть я выплакала огромный соленый океан.