Миф об идеальном мужчине

Какой-то человек прошел довольно далеко от нее и остановился у киоска. Она проследила за ним взглядом.

Руки замерзли, и она засунула их в карманы.

Пришел пустой автобус и, неуклюже пятясь, стал разворачиваться, расплескивая лужи.

Может, вернуться в метро?

Что там делать? Там светло и люди, но сидеть в метро до утра невозможно. Метро закроют, а Клавдию выгонят.

Господи, почему ей так страшно?! Ничего же не происходит. Она много раз возвращалась с работы в это время, и никогда ей не было страшно. Правда, теперь она не может утешить себя тем, что никому не нужна и вряд ли кто-нибудь позарится на тощую, бедно одетую оглоблю, которая мерзнет на остановке.

Кому-то она нужна. Кому-то, кто уже давно наблюдает за ней. Может быть, наблюдает и сейчас.

Человек, у которого сегодня было вполне определенное задание, смотрел на нее из темноты. Она стояла очень близко и как-то странно жалась. Мерзла, наверное. Он решил изменить весь план своего не слишком сложного предприятия, когда увидел, что она не успела на автобус.

Пожалуй, лучше места не найти и ждать ничего не надо.

Он быстро посмотрел по сторонам.

Никого. Никто ему не помешает.

Он опустил руку в карман, нащупывая то, что там лежало, сделал шаг вперед и оказался у нее за спиной.

Клавдия почувствовала, как шевельнулись волосы на затылке, но оглянуться уже не успела. Ее сильно ударило сзади, головой вперед она полетела на асфальт и, кажется, что-то еще раз ударило ее под коленки. Со всего размаха она упала лицом вниз – в черную грязную воду.

* * *Андрей открыл дверь своей квартиры и неизвестно зачем сказал громко: – Я дома!

Он всегда так говорил, когда возвращался с работы.

Без него квартира как будто остывала, и ему хотелось сразу включить везде свет.

Если бы у него была собака, она бы уже выбежала навстречу, обезумев от счастья, и прыгала бы, и вскидывала лапы, и тыкалась мордой в его колени, и порывалась лизнуть.

Не хнычь, приказал себе Андрей, с кряхтеньем расшнуровывая ботинки. Какая еще собака!

Он прошел в кухню и остановился посередине, раздумывая. Потом снял трубку и набрал номер. Никто не отвечал, и он стряхнул на запястье застрявшие под водолазкой часы.

Девять.

И где же она может быть?

Он достал из внутреннего кармана куртки записную книжку и проверил номер. Набрал снова. Безнадежные сонливые гудки кололи ему ухо.

Да где она, черт бы ее взял?! У Таньки?

Он набрал Танькин номер, но там трубку снял довольно удрученный Павлов и сказал, что жена его, Андреева сестрица, сегодня ночует с шефом в Сергиевом Посаде.

– Что значит – ночует с шефом? – переспросил Андрей голосом майора Ларионова.

Да то и значит. У шефа там совещание, они ночуют в гостинице, потому что с утра совещаются опять.