Рецепт идеальной мечты

Сначала Надя просмотрела сноски: наверняка Васин цитирует в своем автореферате многочисленных коллег и соратников – может, встретится знакомая фамилия?

Может, кто-то из цитируемых преподает у них в библиотечном? Шанс, конечно, слабенький, но круг ученых, славяноведов, просто обязан быть узким!

Но пока ей не везло: Васин в основном цитировал крупных специалистов: Кузнецова, Бахтина, Лихачева.

Демонстрировал знание зарубежных источников. Или же упоминал вовсе незнакомые Наде фамилии.

Однако… Чаще всего, чуть не на каждой странице, Васин ссылался на некоего Пыгалова: "Пыгалов. См, там же… Цит, по… Указ, соч…"

"Чем это Пыгалов так моему Васину полюбился?" заинтересовалась Надя.

Она вернулась к тексту и поняла, что Васин с Пыгаловом активно полемизируют. Или переводя с научного языка на современный русский – Васин своего оппонента чисто конкретно мочит.

"Как ложно предполагает профессор Пыгалов… Не вполне корректные утверждения проф. Пыгалова… Данный вывод проф. Пыгалова, на наш взгляд, стоит считать преждевременным…"

Надя раскраснелась. Вот, кажется, оно, – верное направление… Она немедленно захлопнула автореферат и снова отправилась в хранилище. Практиканточка кинулась ей навстречу, ее глаза смотрели жалобно: "Надежда Кирилловна, тут на авторефераты Васина заказ поступил, а они в единственном экземпляре…"

– Знаю, – важно кивнула Надя. И подумала: "Ну, вот, закон бутерброда опять сработал". Протянула брошюрки-рефераты:

– Забирай, возвращай на место.

И сделай мне быстренько такую же подборку на Пыгалова И. Е.

Практикантка покорно склонила голову, а Надя радостно подумала: "Ай да я! Чем не командир, чем не директор библиотеки!"

С Пыгаловым Наде действительно повезло. Во-первых, ее предположения подтвердились: тот действительно являлся ярым научным оппонентом Васина. Его труды пестрели столь же едкими фразами: как не вполне верно предполагает профессор Васин… Полемика между учеными велась яростная, и, как прикинула Надя по датам публикаций, тянулась она уже не одно десятилетие.

"Наверняка они и по жизни друг друга терпеть не могут", – решила Надя. И задумалась: "Как бы мне к этому Пыгалову подобраться? Он, наверное, много интересного о своем оппоненте рассказать может…"

В родном библиотечном Пыгалов, к сожалению, не преподавал, зато в сферу его внимания, помимо древнерусской литературы, как ни странно, входил Булгаков.

"Странный у него круг интересов… Но для меня – очень удачный", – порадовалась Надя.

Пыгалов даже являлся автором крохотной брошюрки: "Сравнительный анализ стиля "Записок юного врача" и рассказа "Морфий". Надя любила Булгакова и брошюрку прочитала с интересом, хотя никаких особых различий, на ее взгляд, в стиле этих рассказов не было.