Девственница для идеального чудовища

Но молодой человек жестом остановил ее. Он взял из ее пачки кусочек влажной ткани.

— У тебя лицо в сахаре, — сказал он.

Женька замерла, а парень принялся вытирать ее щеку у губ. Медленно и осторожно. Его прикосновения были робкими, невинными, от них Женю не трясло, как от вероломной мужественности Филиппа. Но забота Славки была такой приятной. Она не выдержала и улыбнулась.

— Что? — Слава тоже приподнял уголки губ.

Девушка замотала головой. Она не успела опомниться, как Слава скользнул рукой к ее шее. На своих губах она почувствовала мягкие губы.

Сердце девушки замерло, но вот тело не знало, что ему делать. От души и подолгу она целовалась разве что с Филом, но это был явно не подобный случай. В минуты с боксером ее охватывала страсть, полностью отключающая мозг. Она впивалась в его рот, сплетала свой язык с его. Их поцелуи были жадными, влажными, громкими. Начни она сейчас так ласкать Славку, он придет в шок.

Парень взял на себя инициативу спустя череду нежных прикосновений губ и языков, молодые люди приблизились к земле. Ничего не говоря, Слава помог Женьке выйти из кабины. Они оба молчали.

Женю охватывали странные чувства. Она ждала этого момента полжизни, а сейчас ощущала себя не так уж и хорошо. Девушка почти ничего не чувствовала, кроме неловкости перед Славой и перед… Филом. Ведь они якобы пара! Любимый решит, что она легкомысленная, а Филипп? При мысли о нем она реально ощущала себя предательницей, не понимая почему. Но он хотя бы ничего не знает…

— Женя! Почему ты ушла?!

Не успела Женька подумать о неведении Фила, как этот факт стал спорным. У входа в аттракционы стоял крепкий и до страха знакомый мужчина. Он смотрел на нее с раздражением и тревогой.

— Прости, — пролепетала девушка, — но ты был занят, и я…

— Ты могла бы подойти ко мне, — жестко заметил Филипп.

Он метнул яростный взгляд на Вячеслава, и любимый тут же направился в сторону сцены. Он ничего не сказал Филиппу о том, что сам позвал Женьку на прогулку. А девушка вообще не знала, что говорить. Спортсмен взял ее за локоть и завел вглубь небольшой парковой зоны, которая окружала городской финансовый институт.

— Жень, мы пара! — выдохнул Фил, когда они скрылись от возможных глаз и ушей. — А ты уединяешься с другим! Да еще и целуешь его!

Значит, он видел.

— Филипп, прости, — только и смогла выдавить из себя девушка."

"Ей реально было стыдно. Она уже и не помнила восторг от ласк Славы, а вот неловкость перед человеком, заботящимся о ней, была огромной. И почему-то еще она ощущала себя разрушительницей. Словно между ней и Филом было что-то правильное, что она губила. Возможно, эти странные мысли появились от воспоминаний о близости с боксером. Хотя в любом случае они были бредовыми.

— Здесь дело не в извинениях, Жень! — Филипп злился.