Идеально неподходящий

Несчастный мужик через три дня на люстру готов был залезть, настолько часто у мамы менялись пожелания. Портрет, кстати, получился зачётный и висит в её доме на самом видном месте.

— Когда?

— Мама позвонит, меня отстранили от подготовки, — даже не скрывает, что доволен.

— Провинился или твои идеи не оценили?

— Признали неликвидными, — делает жизненно важную поправку. — Сын, ты помнишь про своё обещание? — отец перешёл на деловой тон.

Такое чувство, что у всех, кому я обещания раздал, память резко обострилась.

— Не жениться не предупредив?

— И это тоже. Я про работу.

— Срок изменился?

Первого сентября первоклашки пойдут в школу и я следом потащусь на работу. Даже галстук нацеплю. Не удавиться бы им. Торчать в офисе хренову гору часов так себе перспективка. Но как-никак сам выбрал будущее в банковской сфере. Отец, конечно, меня с четырнадцати лет в офис таскал, посвящал в азы и надеялся, что я пойду по его стопам, но выбор всегда оставался за мной. Я выбрал, но мчаться в рабство не спешу.

Не понимаю, если нет необходимости тащиться раньше, то какой резон мне напоминать?!

— Нет. Хорошо.

Потрепавшись еще немного, я сбрасываю. Интересно насколько сильно Соня будет скучать?

22 Профилактические меры

Лёжа на полу, бесцельно смотрю на карту мира из дерева, занимающую треть стены. Жду, когда Лёшка закончит разговаривать с родителями. Он задал вопрос на счет их возвращения, и я ушла из кухни, чтобы не видеть, как лицо брата озаряется радостью от очередного зыбкого обещания.

Лёшка входит в комнату и садится по-турецки рядом со мной. Как обычно после разговора с родителями он улыбается, а у меня гортань на вдохе свело спазмом. Ему о ""возможных непредвиденностях"" они не сказали. Ожидаемо.

Сохраняя самообладание, спрашиваю брата о чём они разговаривали.

— Ты ж сама с ними говорила и всё знаешь. Тебя мама тоже попросила пофотографировать дом?

— Нет, а зачем?

— Не знаю, попросила сфотографировать и всё.

— Ясно. Через десять минут выезжаем.

Лёшка кивает и уходит наверх переодеваться, я же сажусь на диван и делаю единственное, что остается — дышу глубже.

Пытаться угадать Лерины мотивы ни в коем случае нельзя. Многолетний опыт вкупе с вставшей на дыбы интуицией кричат, что ничего хорошего ждать не стоит. А спрашивать у нее или у Матвея бесполезно, они не даром попросили Лёшку, а не меня. Мастера конспирации, блин!

Вспоминается последняя её просьба освободить место в гостиной для якобы сюрприза Лёше. Позже выяснилось, что в гостиной родители собирались поставить террариум.