Идеальная невеста некроманта (СИ)

Увы, оторваться от принцессы удавалось редко, чаще всего приходилось торчать рядом с ней и от нечего делать самой изучать тексты из учебников. Такие сны Тая не любила и просыпалась всегда взвинченной и усталой.

«Хорошо, что я перестала во снах ощущать себя ею, как раньше», — утешала себя Тая в такие дни.

Да, первые воспоминания о похожих детских снах рассказывали, что раньше она как бы поселялась в теле принцессы во время сна: могла махать ее ручками, топать ее ножками, ощущала вкус еды, съедаемой принцессой, чуть позже — могла произносить слова ее устами. Иногда Тае казалось, что первые годы жизни она действительно попеременно жила то в одном теле, то в другом, настолько длительными казались ей ее сны, а проснувшись, она не раз обнаруживала, что в реальной жизни успел пройти целый день, который она помнит очень смутно, будто видела его чужими глазами. Только после пяти лет прекратилось настолько глубокое погружение в ночные грезы и слава богу: пятилетней девочке совсем не нравилось вновь чувствовать себя трехлетней картавой малюткой. После пяти лет Тая четко отделяла сны от реальности и уже не «проваливалась» в тело принцессы, хоть и продолжала регулярно видеть одни и те же сновидения с ее участием. Точнее, события во снах происходили разные, но место и действующие лица в них не менялись. Тая знала, как зовут родителей и братьев призрачной принцессы, ее подружек, придворных, частенько бывавших во дворце, знала, что среди этих придворных встречаются маги, хоть сама принцесса магиней не была, также как и члены ее семьи, за исключением младшего брата.

Девочка из снов тоже постепенно взрослела, но примерно в полтора раза медленнее Тамары, и той все скучнее и скучнее было наблюдать ночами за избалованной маленькой принцессой. Правда, скучно было, если в сновидениях не появлялся он…

Он был высоким, стройным пареньком, поначалу лет семнадцати на вид, но тоже понемногу взрослевшим. Когда Тае самой стукнуло пятнадцать, юноше ее мечты перевалило за двадцать. Он был черноволос, черноглаз, его лицо состояло сплошь из резких линий: квадратный рубленый подбородок, орлиный нос, резко очерченные высокие скулы, ровные вытянутые стрелками брови вразлет. Юношеская тонкокостность сменилась с годами мощью мускулистых мужских форм, развернув саженные плечи и округлив налитыми мышцами предплечья, но оставив тонкой талию и ровными длинными — ноги. Его звали Кайллеро Бенжамин Данри, но братья принцессы звали его по-дружески Кайлом.