Идеальная мать

Она знала, что с носками из «Картерс» все и так получится.

— У меня настроение нормальное. А почему ты спрашиваешь?

— Как почему? Могу я спросить у своей собственной жены, как она поживает?

— Вот сегодня днем твоя мать сказала, что у нас грязные полы. И что надо мыть их хлоркой, — тихо сказала Фрэнси.

Барбара принимала свою обычную вечернюю ванну, она наложила на лицо маску и слушала радиопередачу на айподе.

— А ты что ответила?

— Ничего. Но как можно мыть полы хлоркой? Какая хлорка? Тут ребенок. У меня ощущение, что она ищет повода придраться к любой мелочи в нашей квартире. И к половине того, что я делаю, тоже."

"— Фрэнси, — его лицо омрачилось. — Она ничего такого не делает. Это все у тебя в голове.

Фрэнси отпила чаю, пытаясь отогнать тревожные мысли. Ей не хотелось говорить о Барбаре, ей хотелось обсудить Уинни и их недавний разговор. Но она не могла рассказать об этом Лоуэлу. Она умолчала о том, что случилось, знала, что он разозлится на нее за то, что она пошла к Уинни в квартиру с Уиллом.

Ситуацию усугубляло то, что Барбара всю вторую половину дня просидела дома, накрутив волосы на бигуди, и шепотом разговаривала с кем-то по телефону у них в спальне. Фрэнси решила, что она говорит с подругами из Теннесси, спрашивает, слышали ли они о Лоуэле в новостях, рассказывает, что Нью-Йорк, как она и говорила, невероятно опасный город. Барбара вышла из спальни, только когда Лоуэл вернулся с работы, к этому моменту Фрэнси была уже окончательно запугана и не стала ничего говорить.

— Ладно тебе, Фрэнси, она же из лучших побуждений. Когда у нее были дети, мир был другим. Она просто…

— Господи боже! — вскрикнула Барбара в ванной.

Фрэнси испуганно дернулась и пролила несколько капель горячего чаю Уиллу на руку. Он зарыдал, Лоуэл вскочил на ноги, опрокинув столик и пролив пиво на две свечи. Он помчался в ванную и стал стучать в дверь:

— Мама, — он подергал за ручку, но дверь была заперта. — Мам, все нормально?

— Я так и знала, — победоносно объявила Барбара. — Я самого начала говорила.

— Ты о чем?

Дверь распахнулась, Барбара вышла из ванной, завернувшись в полотенце, на лице застыла серая корка, с подбородка на пол капала пена.

— Ее будут официально допрашивать, — сказала Барбара, и по маске побежали трещины. — Эту твою подружку. Мать ребенка. Я так и знала, что она что-то скрывает.

Глава XIX

Ночь одиннадцатая

Порой мне кажется, что меня режут.

В живот, прямо под пупком вонзают длинный, тонкий нож. Лезвие легко идет наверх, прямо к сердцу. Внутри я пустая. Черная как прах, а органы мои словно из пыли. Стоит дотронуться до моего сердца, как оно разлетается на миллион черных, как сажа, крупинок, на полу остается черная пыль. Куда бы ни пошла, за мной остаются черные следы.

Я всегда была такой.