Идеальная Эльза

Οн ведь был должен им с Эльзoй – они немало поспособствовали превращению никчемного жиголо во владельца солидного, хоть и изрядно потрепанного предприятия.

И теперь Кристиан думал о том, что Эльза была права, не позволив ему уничтожить Предприятие Γё окончательно. Сейчас, когда предстояло потерять склады в порту, а все усилия будут брошены на развитие банка, наступило время превратить старого врага в союзника.

Не конкурировать, но объединяться.

Двери «Грандиса» распахнулись,и Грета Саттон в ярком пурпурном одеянии появилась на пороге. Она сделала несколько шагов вперед, позволяя солнцу переливаться на сияющей ткани, и толпа внизу заволновалась, забурлила.

Новые ткани уже прибыли в «Грандис», и завтра его витрины окрасятся пурпуром, цены на который Эльза взвинтила до небес.

Сама Эльза следовала за Саттон – вся в сером, бесстрастная и невзрачная на фоне своей ослепительной спутницы.

Они быль столь контрастны, что это было даже неловко.

Рядом с Эльзой переминался с ноги на ногу Хауслер, очевидно совершенно несчастный. Момент триумфа больше нервировал его, чем радовал. Если бы сумасшедший вдовец мог,то охотно бы вернулся на фабрику к своим железкам, но Эльза была неумолима.

«Нам необходимо предъявить гения публике», – утверждала она, совершенно уверенная в том, что это поможет в рекламе. «Надежность и ясность ума – вот что должен излучать Хауслер».

В данный момент Хауслер излучал нетерпение и маету.

Кристиан рассеянно слушал, как Эльза ясно и четко рассказывает про возможности безлошадной машины, как Хауслер путается в словах, объясняя детали, как Саттон объявляет о том, что сегодңя они все вступают в эпоху научного прогресса.

После чего Саттон и Эльза сели в экипаж. Эльза уверенно повернула маховик, дернула рычаг, агрегат взревел и затрясся, толпа отхлынула назад.

А потом с ужасающим грохотом самоходная машина покатилась по булыжной мостовой. Дети завизжали и бросились вдогонку.

Хауслер оглянулся на Кристиана и подошел ближе.

– Ну вот что, Эрре, – выдохнул он изможденно, – пойдемте-ка выпьем.

– Прекрасная мысль, – с удивившим его самого энтузиазмом откликнулся Кристиан.

Разумеется, пить они пошли во флигель у здания фабрики. Кристиан давно тут не был, и его поразил деловитый гул, который доносился с фабричного конвейера.

Казалось, что само сердце производства ровно и сильно бьется.

– Сейчас в работе целых двадцать машин, – Хауслер нервно дернул накрахмаленный воротник рубашки и открыл перед Кристианом дверь во флигель.

– А где Аккерман? - спросил Кристиан, очарованный этим гулом.

– Аккерман, - Хауслер усмехнулся и распахнул двери буфета, чтобы достать пузатую бутылку и стаканы. – Аккерман у нас теперь большой начальник.