Идеальная химия

Я делаю шаг назад, пока до меня доходит весь смысл его слов.

— Нет, говорю я шепотом.

— Ты и я… это была просто игра. Я поспорил с Лаки на его RX-7, что я смогу трахнуть тебя до Дня Благодарения.

Когда Алекс называет то, что с нами было — трахом, это заставляет меня отпрянуть. Назвать это сексом, оставляет неприятный осадок у меня во рту. Но обозвать это трахом, заставляет мой желудок перевернуться. Я держу руки по швам. Я хочу, чтобы он забрал свои слова обратно.

Он поворачивает голову и смотрит мне прямо в глаза. О, Боже, в них нет никаких эмоций. Его глаза режут также, как и его слова.

— Мне жаль тебя, если ты думала, что это было по-настоящему между нами.

Я резко трясу головой.

— Не делай мне больно, Алекс. Не ты. Не сейчас. Мои губы трясутся, я не могу ничего вымолвить, кроме беззвучного «пожалуйста». Когда он не отвечает, я делаю еще один шаг назад, почти запинаюсь, когда думаю о себе, о настоящей себе, которую знает только Алекс. Жалким шепотом я произношу. — Я доверяла тебе.

— Это было твоей ошибкой, не моей.

Он дотрагивается до левого плеча и кривиться от боли, когда группа его друзей вваливается в палату. Они выражают ему симпатию и сочувствие, пока я стою в углу, незамеченная никем.

— Это все было из-за пари? — говорю я громко, перекрикивая гомон.

Шесть или около того человек смотрят на меня. Даже Алекс. Изабель делает шаг ко мне, но я останавливаю ее рукой.

— Это правда? Алекс поспорил на то, что переспит со мной? — говорю я, потому, что мой разум до сих пор не может принять все те обидные слова Алекса. Это не может быть правдой.

Все взгляды перемещаются на Алекса, но его взгляд сфокусирован на мне.

— Скажите ей, — приказывает он.

Парень по имени Сэм, поднимает голову.

— Эм, ну, да. Он выиграл RX-7 у Лаки.

Я пячусь к двери в палату, пытаясь высоко держать голову. Лицо Алекса принимает холодное, жесткое выражение.

Когда я говорю, мое горло угрожающе сжимается.

— Что ж, поздравляю, Алекс. Ты выиграл. Надеюсь, тебе понравится твоя новая машина.

Когда я хватаюсь за ручку двери, холодное выражение лица Алекса сменяется облегчением. Я спокойно выхожу из палаты. Я слышу, как Изабель выходит следом за мной, но я убегаю от нее, от больницы, от Алекса. К сожалению, я не могу убежать от своего сердца. Оно болит глубоко внутри моего тела, и я знаю, что я больше никогда не буду такой же, как раньше.

Я был в больнице уже неделю. Я ненавижу медсестер, докторов, иглы, тесты… и особенно больничную одежду. Я думаю, чем дольше я нахожусь здесь, тем раздраженнее становлюсь. Окей, может мне не следовало обзывать медсестру, которая забирала капельницу. Ее легкомысленное поведение, вот, что раздражало меня.

Я не хочу никого видеть. Я не хочу ни с кем разговаривать. Чем меньше людей в моей жизни, тем лучше.