Идеальна для меня

Странно, оно как будто приросло к моему пальцу, совершенно забыла…

— Пусть будет еще одно, — отмахнулся мужчина, поднимая выше маленькую белую коробочку, давая мне рассмотреть мерцающий белый камень. — Эмми Элизабет Браун, ты станешь моей женой? Я обещаю быть лучшим мужем. Стать хоть немного похожим на тебя.

— Я не хочу, чтобы ты был похож на меня, Конрад, — легкие сдавило, я буквально задыхалась. — Ты самое ужасное, что случилось со мной в этой жизни, но одновременно и самое-самое прекрасное. За все возможности мира я никогда от тебя не отказалась бы. Не изменила бы ничего в тебе. Ты прекрасный управленец, лучший отец и великолепный любовник. Сам факт знакомства с тобой уже делает меня самым везучим человеком на планете… — Шульц продолжал ждать ответа, а я нервно искусывала губы, потому что не могла сложить слова в предложения. Голова шла кругом от переполнявших эмоций, конечности немели, волоски на теле встали дыбом. — В тебя невозможно не влюбиться. Но в этом страшно даже самой себе признаться. Нет в мире девушки, способной перед тобой устоять. И я люблю тебя, поверь. Люблю больше всего на свете! Но ты человек-азарт. Однажды любовь в тебе угаснет, и ты встряхнешься, пойдешь дальше своей дорогой. Но я так не смогу, пойми. Меня это просто убьет… Я просто утону. Нужно все закончить сейчас, пока не зашло слишком далеко… Сейчас, пока есть хоть малейший шанс собрать себя по частям…

— Поздно, — отчеканил по слогам Конрад, буравя меня пронзительным взглядом. — Я давно уже утонул, детка.

Я судорожно втянула кислород, из груди вырвался рваный душераздирающий стон. «Кому ты врешь, Браун? Ты тоже давно уже утонула… Очень давно». Поздно бежать, поздно сдаваться. Все или ничего. У меня не было другого выбора, кроме как рискнуть, поставить свою душу на кон Дьяволу.

— Я согласна, — прошептала ему в губы, разрывая наш бешеный, умопомрачительный поцелуй. Голодный и жадный. — И я верю тебе, Конрад Шульц!

Конрад сорвал с меня кофту, припав к соскам с каким-то небывалым помешательством. Его губы глубоко втянули твердую горошину, пока вторая рука пробралась мне в трусики, утопая в моем возбуждении.

— Че-е-ерт… — прорычал он, резко стягивая мои штаны вниз вместе с нижним бельем. — Прости, любимая. Сегодня без прелюдии. Ты задолжала мне хренову тучу оргазмов. Пять гребаных лет! По одному на каждый день работы минимум.

Я почти засмеялась от раздражения и обвинения в его голосе, смешанного с недовольством и горечью. Мы потеряли целых пять лет жизнь. Пять лет, что могли потратить друг на друга и прожить совершенно иначе. Но… Кто знает, как сложилась бы история, ступи мы на другую дорожку? Пришли бы мы к тому, что обрели сейчас? Проверять совершенно не хотелось.

Меня оглушил резкий и глубокий толчок.