Ideal жертвы

И Костя (получается, не права я была, когда считала, что он даже о моем существовании не ведает!), похоже, заметил, насколько я преобразилась. Потому что внимательным взглядом окинул меня всю с головы до пяток и серьезно произнес:

– Знаете, Бэла... Почему-то считается, что мы, мужчины, этого не замечаем... Но вы за последнюю неделю настолько похорошели! Откройте секрет: сколько кило сбросили? Минимум десять, я прав?

Ну, насчет десяти он, конечно, преувеличил, но мне все равно было чрезвычайно приятно. Но больше поразило: Костя, оказывается, знает, как меня зовут. Хотя с чего бы начальнику отдела кадров интересоваться именем одной из отдыхающих?.. Неужели я ему... Да нет, не могу я понравиться такому мужчине. Им, персоналу, видно, просто положено в ряду прочих профессиональных обязанностей общаться с отдыхающими и поддерживать в тех боевой дух.

И я пробормотала, надеясь поймать его впросак:

– Откуда вы мое имя знаете?

И снова увидела в ответ его восхитительную улыбку:

– А вы мое?

– Ну... мне про вас Лиля рассказала, – призналась я.

– Вот как? – слегка опешил он. – И что же она говорила?

«Работай, Бэлка! Шевели задницей! Да не отклячивай ее так! Представь, что на тебя Том Круз смотрит! Или... или этот красавчик Костя из отдела кадров! Обратила на него внимание? Да наверняка! Синеглазый такой, всегда в шикарных костюмах ходит!»

Не знаю, как другим клиенткам, а мне такая шоковая терапия всегда помогала.

– Лиля считает вас эталоном мужчины, – усмехнулась я.

И с удивлением заметила: Костя еле уловимо поморщился. Впрочем, тень недовольства на его лице продержалась какие-то мгновения, а потом он вновь залучился улыбкой. И тоном заговорщика сказал:

– Хотите открою страшную тайну? У меня ведь тоже есть свои, м-мм... – как вы, женщины, говорите? – проблемные зоны. И я – как и вы! – когда есть время, торчу в спортзале, качаю все эти бицепсы, трицепсы... И иногда после тренировки тоже просто готов лечь на траву – и умереть.

Никогда бы не подумала, что такой мужчина может быть недоволен своей фигурой! Вот бы, кстати, увидеть ее всю, как есть – а не под покровом костюма. Ф-фу, да что это со мной? Что за безумные мысли в голову приходят?!"

"– Впрочем, – беспечно продолжал Костя, – не обо мне речь. Я вам совсем другое хотел сказать, Бэла. Я за вами давно наблюдаю и заметил, что, помимо стремительного похудания, вы за последние дни чертовски похорошели. Вы сюда приехали, скажем так, – женщиной разочарованной, усталой. А сейчас стали будто девчонка. Совсем юная, беспечная... и очень соблазнительная.

Он снова наградил меня таким взглядом, что, честное слово: сорвала бы с себя – и с него! – одежду и отдалась бы прямо тут, в парке, под сенью могучих лип.

Но все-таки странно.