Яжмаг вне закона

Просто в устах Белой Невесточки такие слова звучали не угрозой или предупреждением, а констатацией факта! Ну вроде как смертный приговор огласила, а там уж…

– То есть если я прямо сейчас тебя развяжу, то мне, по-татарски выражаясь, кабзда?

Она старательно закивала головой. Чем, разумеется, заставила меня уйти в глубокие, но недолгие размышления. Мне показалось очень хорошей идеей дать ей возможность отдохнуть, расслабиться, хоть как-то успокоиться, а уже потом пытаться поговорить. Потому что любая женщина после такого стресса вряд ли сможет вести себя достаточно разумно.

– Я думаю, тебе лучше поспать. – Мне показалось, что в моём голосе достаточно медоточивости и ласки. – Пойдём, я сам отнесу тебя в постель.

Невесточка забилась так, словно услышала нечто совершенно неприличное. С чего бы, а? Можно подумать, мы с ней не спали. В смысле не дрыхли спина к спине в одной кровати. Чего теперь уж стесняться…

Я поднял её на руки, она весила едва ли больше сорока килограмм. Бедняжка прильнула к моей груди, лихорадочно пытаясь прожевать газовую фату, чтобы вцепиться зубами мне в горло. Наивная, жевать фатин всегда проблемно, это же всё-таки полиэстер, синтетика, задохнуться проще, но она очень старалась.

Мне как-то удалось осторожно, не задев её головой о косяк, вынести Белую Невесточку в свой рабочий кабинет, уложить на диван и…

– А что вы тут делаете?

На меня изумлённо уставилась совершенно трезвая Нонна, в коротком банном халате рыжего цвета, в наброшенном на голову капюшоне с глазками и ушками, типа я лисичка. Не знаю уж, что она там себе надумала, но…

– Вы мне… а я-то вам верила, но… Вот, значит, как…

Потом был визг! Уходя винтом в глубокий обморок, я краешком сознания успел зафиксировать: а хорошо ведь, что это ещё не слёзы. Поскольку, когда в срочном порядке заявится её прапрапрапрадедушка архангел Метатрон, засучивая рукава и сжимая кулаки, то всем вокруг реально станет так хреново, что лучше и не представлять.

В себя я пришёл от неадекватных похлопываний по щекам. В ином случае я сказал бы, что меня просто били кулаками по морде. Нет, не по лицу! По лицу – это как перчаткой аристократы, а меня лупцевали по мордасам с первородной крестьянской хваткой!

Как там Некрасов писал о русской женщине? Останавливает коня, одаривает рублём, не имеет жалости к нищему и разгуливает по горящим избам, да? Так вот Нонна Бернер, девица из села под Волгоградом, точнее, по её же словам, из бывшей немецкой колонии Сарепта, прямо сейчас лупила меня со всей страстью и методичностью, присущей коренным жителям фатерлянда!

– За то, что вы с ней!

Далее Нонна на минуточку одумалась, пытаясь уравновесить то, что он видела, с тем, что она чувствовала. Видимо, результат оказался не в её пользу.