Яжмаг вне закона

Они должны были вернуть волшебную паутину, которую мы взяли без разрешения, хотя, возможно, достаточно было просто попросить. Это наш косяк. Исключительно и только наш, а они лишь восстанавливали справедливость.

– Гэндальф, прости, я не знал…

– Никто не знал, друг мой, – тепло отозвался он. – Обещай не скорбеть обо мне, и ты, кот, что притворяется демоном, вытри слёзы.

Фамильяр ничего не ответил, но демонстративно не стал вытирать злую слезу, скатывающуюся по щеке.

– Там, куда я ухожу, меня ждёт чудесный мир. А вы обещайте старику позаботиться о бедной девочке. У неё слишком большое сердце…

Это были его последние слова. Когда искры погасли, на мостовой не осталось ровно ничего.

Наверное, я простоял на коленях достаточно долго, потому что, когда маленький котёнок лизнул мою руку, мне не было больно. То есть я ничего не чувствовал, хотя его язычок буквально содрал слой кожи с тыльной стороны ладони. Просто посмотрел на него, погладил по голове, прижал к груди, встал и пошёл. Брести до Банковой пришлось почти час, если не дольше.

В карманах ни денег, ни карт, ни сотового, ни даже ключей. Всё осталось в подвалах дома Брусницыных, куда непременно придётся наведаться. Сначала я прихрамывал и даже спотыкался, но потом как-то сумел выверить шаг. Мы прошли почти половину Васильевского острова, пересекли по мосту Неву, свернули на Дворцовую площадь, а уже оттуда было недалеко. Относительно.

Не говорили ни о чём. Кажется, и мыслей никаких в усталом мозгу не было.

На нас никто не нападал, мы никого не интересовали. Хотя мой статус «яжмаг вне закона» не изменился, позволяя любому представителю Света или Тьмы повысить свой рейтинг за счёт моей отрезанной головы. И, быть может, пару-тройку подозрительных взглядов в нашу сторону мне удалось поймать, но тем не менее кривые зубы не показал никто. Думаю, они просто не хотели рисковать, видя, в каком мы расположении духа…

Белая кобыла с барельефа повела себя странно. Вместо приветственного или предупреждающего ржания она вдруг отвернулась с презрительным фырканьем, словно бы я совершил какой-то непристойный, по её мнению, поступок. Но что со мной не так-то? Чёрный котёнок вдруг шлёпнул меня лапой, заставляя поднять взгляд.

На высоте третьего этажа, на нашем маленьком балкончике, спиной ко мне на перилах сидел длиннокрылый ангел в белых одеждах и пил кофе, а рядом стояла сияющая Нонна с блаженной улыбкой во всё лицо. Кажется, у меня на минуточку остановилось сердце. Или не на минуточку? Или не кажется?

– Сейчас я этому небесному павлину кофейник целиком в такой отдел задвину…

– Лучше двери открой, я без ключей.

– Хозяин врежет сам ему по почкам и насуёт по шее ангелочку?

В ответ я молча указал ему взглядом на дверь парадной. Котодемон вскрыл замок одним когтем.