Яжмаг

– А мне и этого не надо, я сам – оружие и засада!

– Твоя задача не воевать, а использовать все свои силы и таланты, чтоб вынюхать, где они держат Нонну.

– Я демон, изгнанный из Рая, а не овчарка разыскная! – возмущенно выгнул спину кот, но я прекрасно знал, что всё это не более чем позёрство.

Нюх у Фамильяра просто нереальный, а животная интуиция вообще за гранью. И он прекрасно знает, чего я от него жду. И на всё готов ради мести.

Примерно в восемнадцать часов, когда мы вдвоём вышли из дома, планшет пытался меня остановить, козлиная голова, выпучив глаза, мемекала и бебекала как сумасшедшая, едва ли не выпрыгивая из серебряной пентаграммы. Но я даже не обернулся.

Уверен, что пришло много крайне суперважных писем, требующих моего незамедлительного внимания, но, увы, не сейчас и никак не сегодня. Даже если там ждёт ответа журналист-патриот Киселёв, срочно желающий заказать мне «вдушузападающее» заклинание для спасения своей не очень популярной телепрограммы за целый миллион государственных денег. Я не играю в подобные игры.

На этот раз такси пришлось ждать довольно долго, почему-то в сторону Васильевского не было свободных машин. Ехать в метро с посохом и плоским матовым пакетом метр на метр, плюс с нахальным чёрным котёнком за пазухой тем более не стоило. Почему?

Потому, что я категорически ненавижу, когда ко мне начинают лезть настырные сюсюкающие тётушки, пытающиеся погладить моего демона по носу! Что в подобные моменты чувствует сам Фамильяр, лучше даже не представлять. И вообще, мы зареклись ходить вместе в метро, когда он чудом не оттяпал одной шибко интеллигентной бабке палец…

Но когда же наконец прибыла красная «японка» с нервным водилой и мы уселись на заднее сиденье, я буквально через минуту проклял всё. Таксист рванул с места так, что передние колёса на мгновение зависли в воздухе, он гнал по оживлённым улицам, словно пьяный в синьку Шумахер, не к ночи будь помянут! Мы вечно что-то срезали, кому-то лезли целоваться бампер в бампер, чуть не сбили КамАЗ на мосту, прыгали на зелёный за пять секунд до его появления, нерасторопные прохожие перепуганными курицами взлетали справа-слева, а скрежет японских тормозов был слышен, наверное, в районе Александро-Невской лавры!

Я вспомнил все молитвы, которым меня учила покойная бабушка, набожная женщина, ректор медицинской академии. Мой котодемон забился мне под штанину джинсов, вцепившись коготками в щиколотку правой ноги, и матерился кукольным голоском хуже любого татуированного рэпера нашей многострадальной российской эстрады.

Шансы на то, что мы доберёмся до места запланированного самоубийства, катастрофически стремились к нулю.