Ящик Скиннера

Секунду спустя господин Ж. осторожно поднялся по ступенькам. Глянув за угол, увидел Люо Цзяхая, лежащего на полу. Заметив рядом с ним полупустую бутылку минеральной воды, негромко рассмеялся.

Затем поднял с ковра мобильный телефон, проверил журнал вызовов и посмотрел на часы. Выругавшись себе под нос, развернулся и кинулся вниз. Когда он снова поднялся, в руках у него была большая пластиковая канистра.

Господин Ж. начал плескать из нее красноватой жидкостью по всему залу, и там тут же распространился резкий запах бензина. Глянув на раскрытую папку на столе, он выдернул из нее листок бумаги, а саму папку швырнул поверх трупа Люо Цзяхая.

Залив Люо Цзяхая бензином, господин Ж. отступил назад к лестнице, оставляя за собой бензиновую дорожку. Когда он спустился вниз, канистра была практически пустой. Господин Ж. отбросил ее в сторону, распахнул входную дверь кафе, вытащил зажигалку и поджег с ее помощью бумагу из папки. Это была цветная распечатка фотографии Шен Сянь. Пламя начало пожирать ее, уродуя симпатичное нежное личико девушки.

Взмахом руки господин Ж. бросил горящее фото в лужицу бензина.

Как только связь оборвалась, Фан Му позвонил в технический отдел с просьбой установить местоположение телефона Люо Цзяхая и вскоре уже знал, где примерно его искать. Он сделал еще один звонок, в управление полиции, чтобы по этому адресу скорей выслали наряд, а сам схватил с вешалки куртку. Помахав рукой изумленной матери, сбежал по лестнице вниз, запрыгнул в свой внедорожник и сорвался с места под вой сирены.

По данным триангуляции, Люо Цзяхай находился возле 15-километровой отметки на шоссе, ведущей к южному выезду с кольцевой дороги. Мчась во весь опор на юг, Фан Му раз за разом пробовал дозвониться до Люо Цзяхая. Сначала в телефоне раздавались гудки, потом аппарат выключился. Стиснув зубы так, что они скрипнули, юноша надавил на газ и обогнал впереди идущую машину.

«С Люо Цзяхаем что-то случилось, – думал он. – Жив он еще или нет?»

Плохое предчувствие очень быстро подтвердилось. Когда Фан Му проехал отметку 13-го километра, темнота на горизонте осветилась странным заревом. Сердце юноши упало. Он еще прибавил скорости – и наконец увидел сам пожар.

Горело двухэтажное здание на обочине. Сквозь густые клубы черного дыма на его стене еще можно было разглядеть слово «КАФЕ». Когда Фан Му распахнул дверцу, чтобы вылезти из машины, в лицо ему ударила волна раскаленного воздуха. Он сорвал с себя куртку, прикрыл ею голову и попытался подойти ближе к огню.

Маленькое здание превратилось в пылающий ад. Из окон вырывались огненные языки, и стены снаружи, которых они касались, тут же становились черными. От жара начали лопаться окна, и темноту то и дело разрывал треск, похожий на удары хлыста.